Однажды в Америке

– Умерли? – подавленно переспросил Косой.

– Конечно, умерли, дурень, – подтвердил я презрительно.

Он расплылся в притворной улыбке.

– Ты все знаешь. У тебя есть башка на плечах. Правда, Лапша? – Он издал угодливый смешок. Я проглотил эту лесть. Он сделал ее еще грубее. – Ты умник, вот тебя и прозвали Лапшой[1 - В английском языке кличка персонажа «Noodle» означает и «лапша», и «башка». (Здесь и далее примеч. пер.)]. Верно, Лапша?

И он снова рассмеялся тем же заискивающим смехом.

Я с напускной скромностью пожал плечами и повернулся к Максу:

– А что еще ты ожидал от этого тупоголового Косого?

– Чего он ожидал от Косого? – вмешался крепыш Патси.

Мисс Монс бросила в нашу сторону предупреждающий сердитый взгляд. Мы не обратили на нее никакого внимания.

Патси вызывающим жестом откинул с кустистых бровей черные густые волосы. Оттопырив уголок верхней губы, он издал фырканье, означавшее у него крайнюю степень пренебрежения.

– Что еще сморозил этот олух?

Коротышка Доминик, сидевший рядом с Косым, вызвался ответить. Он произнес тонким голоском:

– Он хочет отправиться на Запад и присоединиться к шайке Джесси Джеймса. Он хочет скакать на лошадке.

Доминик покачался вверх-вниз, держа в одной руке воображаемые поводья. Другой рукой он шлепал себя по толстому боку.

– И-го-го, Косой, и-го-го! – дразнил Доминик. Он поцокал языком.

Мы все вчетвером присоединились к этой игре, цокая языками и подскакивая на своих местах.

– Тише. Старый боевой топор, – шепнул Патси.

Словно темное облако, несущееся по ясному небу, по проходу двинулась огромная взъерошенная фигура. На ее гигантских боках клубились складки черной юбки, подколотой английскими булавками. Она грозно нависла над нами.

– Вы… вы… никчемные лодыри… чем вы тут занимаетесь?

Косой быстрым движением спрятал книгу за спину. Мисс Монс распирало от ярости.

– Вы… вы… хулиганы! Вы… вы… бандиты! Вы… вы… нищее отребье, читающее всякую дрянь! Немедленно отдайте мне эту грязную книжонку. – Она сунула руку под нос Макси.

Тот неторопливым и нахальным жестом сложил вестерн и положил его в задний карман.

– Сейчас же отдайте мне книгу! – Она в бешенстве топнула ногой.

Макс одарил ее сладкой улыбкой.

– Поцелуйте меня в точес, дорогая учительница, – сказал он на четком идиш.