Приключения на земле, под землей и в космосе

Пока Салли подбирала себе одежду вместо полностью пришедшего в негодность летнего платья, приятели принесли из «Плисантвильского орла» сырит-излучатель и смонтировали портативную вакуумную камеру. Вернее, делом занимались только Джерри и Джон, Чак же неожиданно замер и, уставясь в пустоту, впал в транс. Он мешал, стоя на пути, и приятели оттащили его в угол. Прошло двадцать минут, секунда в секунду, глаза Чака приобрели осмысленное выражение, он повернулся к приятелям и самым серьезным тоном сказал:

– Как это ни досадно, но наш добродушный четырехрукий хозяин дурачит нас.

– О чем ты, Чак, дружище? – искренне удивился Джерри. – По-моему, старина С.С. ведет себя вполне порядочно.

– Тогда послушайте меня. Мы на четвертой планете Проксима Центавра. Так?

– Так.

– А знаешь, как далеко эта планета от старушки Земли?

– На расстоянии четыре целых и три десятых световых года плюс-минус несколько тысяч миль.

– Верно. А теперь скажи, как давно построен плисантвильский госпиталь?

– Два года назад… Но… Конечно! Стейджен-Стербен водит нас за нос!

– Ребята, нельзя ли помедленней, – попросил Джон, – я за вами не успеваю.

– Обман очевиден: Стейджен-Стербен сказал, что знает о госпитале из радиопередачи, а радиоволны, как известно, распространяются со скоростью света, таким образом, новость об открытии госпиталя прибудет сюда не раньше чем через два года.

– Признаюсь, я прибегнул к маленькому жульничеству, ха-ха-ха… – В дверях мастерской стоял Стейджен-Стербен собственной персоной и улыбался своей неизменной беззубой улыбкой.

 – Но, поверьте, я поступил так только во имя нашей межзвездной дружбы, и…

Американцы, сжав кулаки, двинулись на Стейджена-Стербена, и улыбка на его лице тотчас погасла.

– Ты обманул нас! – воскликнул Джерри. – Сознавайся! Ты читаешь наши мысли?

– Только самую малость, – сознался Стейджен-Стербен и, подняв все четыре ладони перед собой, отступил на шаг. – Пожалуйста, выслушайте меня! Мы, ормолу, от рождения воспринимаем простейшие ментальные сигналы, но, уверяю вас, только простейшие, и читаем лишь поверхностные мысли, но никак не затаенные.

Из ваших мыслей я узнал, что существа с луны, которую вы только что покинули, изучили ваш язык по радиопередачам, и… Признаю, это было глупо с моей стороны, но… Заглянув к вам в черепа, я понял, что чтение мыслей придется вам не по вкусу, и… солгал. Обещаю, что больше не буду читать ваши мысли.