Крыса из нержавеющей стали

Потом обломки запаковали в пластиковые мешки и сдали в хранилище. Очевидно, для более детального исследования. Одежда удостоилась лишь беглого осмотра. Вскоре выяснилось почему. Потому что больше я ее не увижу до самого отъезда.

– Вам выдадут клиандскую одежду, – объяснил один из инквизиторов. – Носить ее – одно удовольствие.

В этом я сильно усомнился, но счел за благо промолчать.

– Это религиозный символ? – спросил другой, держа в руках фотокарточку.

– Это портрет моей жены.

– Разрешается иметь только религиозные символы.

– Она у меня сущий ангел.

Это их убедило, с великой неохотой карточку вернули. Разумеется, не оригинал – это было бы слишком опасно. Мне выдали фотокопию. Анжелина на копии выглядела куда более сердитой, а может, мне просто показалось.

– Все личные вещи, включая документы, будут вам выданы перед отъездом, – холодно проинформировали меня. – На Клианде вы обязаны носить местную одежду и соблюдать здешние законы. Вот ваши личные вещи.

Из всего багажа мне были выданы только три предмета первой необходимости.

– Это ваше удостоверение.

Я радостно схватил его, словно некое свидетельство реальности собственного существования, да и совсем голым стоять было холодновато.

– А что в этом ящике? – скрипучим голосом спросил инспектор.

Все бросили работу и плотным кольцом окружили подозрительный ящик. Выражение лиц означало, что мне уже вынесен смертный приговор вне зависимости от ответа. Я слегка отпрянул, в испуге закатив глаза.

– Господа, я не сделал ничего плохого… – вырвалось у меня.

– Что это?

– Оружие…

Послышались негромкие возгласы, один из инспекторов даже завертелся, будто ища винтовку, чтобы прикончить меня на месте.

Я испуганно забормотал:

– Но, господа, вы должны меня понять. Я прибыл на эту планету по делам. Наша фирма «Фразолетто-Мучо, лтд» – старейший и широко известный производитель военной электроники. Это образцы нашей продукции. Некоторые из них очень хрупкие. Открывать разрешается только в присутствии специалистов.

– Я специалист по оружию!

Один из них шагнул вперед. Я его еще раньше приметил благодаря лысой голове и жуткому шраму, пересекавшему один глаз.

– Рад с вами познакомиться, сэр. Меня зовут Пас Ратунков. – (Мое имя не произвело на него ровно никакого впечатления, а своего он не назвал.) – Если мне вернут ключи, буду рад ознакомить вас с содержимым.

Прежде чем позволить мне приступить к показу, они приволокли камеру, чтобы заснять всю процедуру.