Арсенал ножей

– Вот, опять!

На этот раз оно возникло на носовом экране – тонкая черная полоска, виляющая сквозь сумрак в сотне-другой метров перед «Люси».

– Где?

– Вот! – Я ткнул пальцем в изображение, но та штука уже растворилась в тумане, и я обернулся к пилоту: – Ты-то хоть видел?

Вито выкатил глаза. Он изо всех сил вцепился в край своей панели. Хотел что-то сказать, но звук не шел. Тогда он с трудом сглотнул и неуклюже, испуганно кивнул. Значит, не галлюцинация – он тоже видел, значит это на самом деле.

Но аватара «Люси» по-прежнему хмурила брови:

– Боюсь, я ничего не улавливаю.

– А датчики у тебя работают?

– Я дважды перепроверила, – не без возмущения заявила она. – Диагностика показывает норму.

– Так задействуй посадочный радар, инфракрасный. Подключай все, что есть.

У меня бешено колотилось сердце, а в животе что-то трепетало. Я бросил взгляд на Вито.

Он снова обрел голос:

– Две минуты до выхода.

Я показал ему большой палец и отвернулся к экрану.

Опять оно!

Пространство исказилось, раздалось и выпустило его. Огромное немыслимое существо падало на нас стремительно, как атакующий сокол, прижав к телу бахромчатые черные крылья, разинув пасть и блестя клыками под светом звезд. Мне запомнились челюсти, усаженные алмазными зубами. Экран погас, и корабль швырнуло вбок.

Мгновение всех нас трясло в этих кошмарных челюстях. Потом мы полетели кувырком, а чудище струйкой дыма ушло вверх, заходя на новую атаку.

– Выход из гипера! – скомандовал я Вито сквозь заполнивший рубку сигнал тревоги.

 – Пока оно не вернулось – выводи сейчас же!

Его рука дернулась к управлению, и «Душа Люси» рухнула вниз. Какое там изящество – она продавила переходную зону между измерениями и кубарем выкатилась в нормальное пространство, пуская газ из дыр в правом борту. Пару секунд звезды тошнотворно плясали вокруг, а потом мы врезались в каменный бок «Неуемного зуда», как самодельный планер в горный склон.

Глава 2

Она Судак

Я смотрела в окно камеры, как бледнеет небо.

Где-то за тюремной стеной пели птицы. Внизу на мощеном плацу в зыбком предрассветном мареве стояли, заряжая и проверяя винтовки, солдаты. Они переговаривались тихими мягкими голосами, и морозный утренний воздух доносил до меня их восклицания эфемерными струйками пара. Между ними и задней стеной выщербленный деревянный столб отмечал место, где через несколько коротких минут мне предстояло умереть.