Сломленный бог

За секунду вогнать эти наколдованные пальцы ей в глотку. Даже если ободранная волшбой дыхалка и не переломится, она не сможет говорить, не сумеет бросить заклятие. Не с ее телесной слабостью владеть такой мощью. Смысл иметь силу, раз нет выносливости? Она каждый раз вынуждена отдыхать в надежном укрытии. Как длинноствольная винтовка – крайне мощная и точная. Замечательный образец алхимии и инженерного искусства, но ломается с легкостью.

Он прочистил горло:

– Почему ты боишься Ворца?

– Не боюсь. Но либо он не настолько умен, как о себе возомнил… – Она растерла подошвой кусочек мертвой богини.

 – Либо таки умен, и тогда еще хуже. Он опасен, босс. Я не хочу с ним пересекаться.

– Найди мне Тай, и я буду тебя защищать.

– Стараюсь. Гадальные взывания занимают много времени. Взять и прочитать по кучке кишок не получится. – В голосе слышалась досада. – Было б легче, не подыми вы целый остров на ее поиски. Эфир взбудоражен, звенит всеми отголосками эха. Лучше бы вам ограничиться мной. Мартайн и остальные нужны в лагере.

– Тогда не растрачивайся на заклинания, отдохни. Накопи силы. Уличные ищейки ее и так найдут.

– Нет. Я сумею сама. Я справлюсь.

Глава 10

Всю неделю в порту работали в двойную смену, днем и ночью чистили склады от загрязнений, вызванных пожаром у Дредгера. Бастон принес противогазы, оставшиеся с налета, и раздал их уборщикам самых пострадавших участков. Рискованно, но лучше он ответит на неудобные вопросы, чем будет смотреть, как какой-нибудь бедняга проблюется остатками разложившихся легких.

Бастон хорошо разбирался в необходимом зле, как и в оправдании насилия перед самим собой. Когда он работал на Братство, то в скверные дни не раз старался отскрести совесть от грязи. Объяснял себе, что Братство, несмотря ни на что, по-прежнему справедливая сила, доступный способ дать ответку на угнетение городскими властями. Объяснял, что пострадавшие заслужили свою участь; они нарушали правила улиц и сами навлекли на себя кару. Мог бы и сейчас объяснить сожжение цехов Дредгера случайной ошибкой, в которой нет его вины.

Но в итоге все оправдания ушли впустую, и на целую неделю он взвалил на себя самую тяжелую работу – в разлитой поверх ядовитой дряни воде сгребал руками в перчатках гущу алхимических смесей. Сегодня проработал всю ночь, пока его не погнали домой.

Почерневшие руины цехов гильдия алхимиков обнесла защитным экраном из серебристой ткани, которая на заре светилась так, будто Новый город породил себе новый район.