Ламбрант-некромант

– Ещё раз тебя увижу, – сказал Павлов, склонившись к поверженному Борису, – закопаю в яме, как собаку!

Отбросив его от машины, трансвестит забрался внутрь, завёл двигатель и был таков. Борис же ещё долго сидел на пыльном тротуаре, придерживая ноющий живот и тихо злясь на себя за очередную оплошность. Ведь он же знал, что этот размалёванный молодчик в женском платье способен на любые гадости, но не смог обезопасить себя даже в недолгом поединке. Как же он собирается поквитаться с ним за Леру, если даже за себя постоять не может! Эта мысль была больнее той травмы, что нанёс ему трансвестит.

– Молодой человек, Вам плохо? – поинтересовалась миловидная старушка в аккуратном сером платочке.

– Я в порядке, – попытался улыбнуться ей Борис, но живот вновь скрутила тугая боль.

– Может, вызвать скорую? – предложила она, показав свой старенький сотовый телефон.

– Нет-нет, у меня такое бывает, пройдёт, – заверил её парень. – Мне бы до машины добраться до своей и всё.

– О, я Вам помогу, – заявила старушка и вдруг весьма бодро схватила его за руку.

Через минуту Падерин стоял, а любезная незнакомка стряхивала с него влажной салфеткой пыль. От такой заботы парень немного отошёл от удара.

– А Вы тоже приходили на похороны Исаака Альбертовича? – полюбопытствовала старушка, придерживая побитого парня как собственного внука.

– Нет, я тут вообще случайно оказался, – замялся Борис. – Мне бы на занятия вернуться.

– О, здесь недалеко, я сама дойду…

– Да я довезу, – настаивал он, открыв перед ней дверцу своей «Тойоты».

– Хороший был человек, – продолжила старушка уже в автомобиле. – Но теперь его семью постигли одни несчастья.

– Это Вы о ком? – не понял Падерин, прогревая машину.

– О Брахауне, его сегодня похоронили. Замечательный был врач, я его сорок лет знала.

– Да уж, печально, – признал парень, выезжая на дорогу.

– Самое ужасное, что пару дней назад похоронили его внука,– с неподдельной грустью в глазах поведала незнакомка. – Вашего возраста, кстати, совсем молодой ещё.

– А что с ним случилось? – решил поддержать беседу Борис, хотя разговаривать было как-то больно – живот всё ещё гудел от удара каблука.

– Честно говоря, никто так и не понял, – оживилась женщина, для которой, судя по всему, эта тема казалась весьма животрепещущей.