Ламбрант

Этот хоть с деньгами, вроде видный питерский коммерсант. Однако всё равно он не вызывает положительных эмоций у будущего пасынка.

Стоянка перед институтом сегодня была свободна. Несколько автомобилей устроились под окнами первого этажа со стороны парка. Площадка перед крыльцом и вовсе пустовала, позволяя студентам спокойно идти навстречу знаниям.

Возле массивных ступенек в гордом одиночестве стоял Гена, вовсю раскуривая длинную сигарету. Видимо, вчерашние уроки, преподнесённые ему хулиганкой Дашей, не прошли даром.

– Привет, – сказал он Геннадию и достал свою пачку сигарет. – А что один?

– Да никого больше не встретил, – перепугался сокурсник, чуть не поперхнувшись. – Девчонки в шоке после вчерашнего…

– А что такое? – напрягся Володарёв.

– Ты разве не помнишь? – удивился сокурсник. – А, тебя же уже не было… Мы с этой долбанутой Доценко зажигали на танцполе, тоже последними услышали обо всём.

– О чём?!

– Так парня того, что к нашему столику подходил, кирпичами завалило.

Значит, это было наяву. Настроение у Паши окончательно испортилось. Жаль, а ведь так хотелось, чтобы коварные лапы, вылезшие из стены, и рогатый декан оказались всего лишь дурным сном.

– Жуть такая, – продолжал Гена с выпученными глазами, – от него лепёшка осталась, столько кровищи было! Я всю ночь заснуть не мог. Теперь понимаю курящих людей, сигарета очень успокаивает нервы.

– Да уж, – прошептал Володарёв, стараясь не смотреть в глаза почитателю Ницше.

– Чёрт его знает. – Однокурсник докурил и заклацал зубами. Утро выдалось прохладным и туманным. – Говорят, стена была старая. Клуб-то расположен в постройке прошлого века. Поэтому там всё на соплях держится.

Играть человека, незнакомого с деталями происшествия, Паше быстро надоело. И без того ясно, что его никто не успел заметить на месте убийства Валерия Георгиевича. Да и сокурсники были слишком увлечены своими посиделками, отчего не придали внезапному исчезновению Володарёва никакого значения.

Людей в холле оказалось намного больше, чем на улице. Основная толпа задерживалась возле стенда с объявлениями. Там висел крупный чёрно-белый портрет Валерия Георгиевича с траурной ленточкой и подписью: «Скорбим и соболезнуем. Коллеги и студенты».

– Ой, – притормозил Гена возле толпы, увидев знакомое лицо.