Ламбрант

– …В аудиториях холодрыга, – не унималась Зоя, – парты давно пора отправить на дрова. Обои отпадают, преподы хамят…

В этот момент рядом с вороной приземлился взъерошенный воробушек. Он попрыгал по кругу перед ржавым забором и вдруг рухнул без чувств на асфальт.

– …И вообще с нами учатся одни дебилы, – самозабвенно продолжала девушка, жестикулируя незажженной сигаретой. – А ведь когда поступали сюда, я столько умных лиц видела. Куда они вот все пропали? Пашка, скажи…

Рядом с умершим воробьём упал его сородич и тоже без признаков жизни.

– Как достали эти мажоры! – возмутилась Смирдина и махнула рукой.

Для убедительности внедорожник моргнул фарами. Пришлось сдаться. Но Пашу это ничуть не волновало. Он посмотрел на бездыханных птиц, к которым добавился ещё один воробей.

– Послушай, автонахал, – обратилась Смирдина к молодому хозяину джипа, одетому совсем не по погоде в полупрозрачную майку и мятые штаны, – тебе недосуг было пристроиться в другом месте? Обязательно нужно было прерывать наш разговор, да?..

Она быстро стихла, когда на капот дорогущей машины шлёпнулся очередной дохлый воробушек. Владелец иномарки угрюмо посмотрел на птичку и смахнул её дрожащей рукой на асфальт. Павел только сейчас задумался над тем, что сегодня рано утром похожая машина едва не сбила его перед заброшенным логовом «берсеньевцев».

– Во-первых, парковочные места здесь закреплены за номером, поэтому я не могу занять другое, – хриплым, словно простуженным, голосом ответил владелец «Лексуса». – Во-вторых, ошиваться тут вообще не рекомендую, поскольку хозяева всех этих тачек решат, что вы тырите ценные запчасти. Ну а в-третьих, вам обоим надо обращаться ко мне исключительно на «Вы» и по имени-отчеству.

– Ого! – удивилась Зоя такому хамству.

– А с того, что перед вами декан юридического факультета, – приторно улыбнулся парень, повергнув студентов в шок. – И зовут меня, кстати, Валерий Георгиевич.

– Очень… приятно, – промолвил Паша, наблюдая, как тот накидывает на себя мятый пиджак.

– Взаимно, – ещё шире улыбнулся тот, однако его торжествующая гримаса была недолгой.

На крышу золотистого внедорожника грохнулся очередной воробей.