Галерея демонов Ламбранта

Больницы работали по чёткому графику, и вряд ли удалось бы попасть к Алимову просто так. Поэтому Артём ускорился, выехал на дорогу, стал нарушать правила, но уже через двадцать минут поднимался на крыльцо медицинского учреждения.

– Всё, часы посещения закончились, – заявил толстый охранник, пытаясь запереть дверь перед носом адвоката.

– Я по уголовному делу, – вставил парень, показав своё адвокатское удостоверение.

– Тем более, молодой человек, с утра приходите, – настаивал неугомонный секьюрити.

– Ты чё, баран, не понимаешь совсем ничего! – рявкнул вдруг Хомунин и дёрнул дверь на себя так, что мужчина растерялся.

 – Тебе по башке настучать или по пузу?!

От таких слов охранник удивлённо раскрыл рот, но отступил в сторонку. Артём же поправил на себе пиджак и властным шагом двинулся внутрь отделения. Признаться, такой приём у него раньше никогда не срабатывал. Брать нахрапом мелкий персонал вроде дежурных или охранников приходилось редко. Однако в свете «ценных указаний» Павлова церемониться он уже ни с кем не собирался.

Велено узнать сегодня, куда делись вещи погибшей Семеенко, придётся идти на крайние меры.

Палата у Тимура Алимова, любовника погибшей коллеционерши, располагалась в дальнем конце здания. Здесь дежурила отдельная медсестра, с которой разговор у Артёма состоялся тоже весьма короткий.

Травмированный в дорожной аварии пациент как раз заканчивал ужин, сидя в кресле перед широким плазменным телевизором. Место его лечения больше напоминало номер в трёхзвёздочном отеле.

И это не удивительно, ведь Алимов считался московской знаменитостью: выступал пару лет назад на музыкальном телевизионном шоу, потом записал альбом, даже гонял за границу с концертами. Но в последний год дела его как-то пошли на спад, и парень осел в провинциальной столице. Как выяснилось, он окучивал при этом богатую мадам в возрасте.

– Чё ещё? – небрежно поинтересовался Тимур, обернувшись на позднего гостя.

– Мне надо поговорить о коллекции «Аденбарум», – с порога заявил Хомунин и на всякий случай запер замок на дверной ручке палаты.

– Чё? – прогудел Алимов, голова которого была перебинтована.

– Ульяна Семеенко купила коллекцию в галерее Наватина, – пояснил Артём, включив планшетник. – Я сейчас представляю интересы автора этих вещей. По договору после смерти владельца они должны быть возвращены обратно изготовителю.

– Бро, ты ваще не по адресу, – недовольно поморщился больной. – Я не в теме, чё и какие цацки.