Избранные произведения в 2-х томах. Том I. Трилогия о Фрэнке Брауне

– Что вы хотите? – спросил шофер недовольным тоном.

– Поехать с вами!

– Я не могу вас взять! Все места заняты, вы видите сами.

Фрэнк Браун вплотную приблизился к нему и схватил его за руку.

– Вы должны взять меня с собой! Если вы не возьмёте, я брошусь под колеса.

Шофер посмотрел на него с удивлением. Он увидел, что Фрэнк не шутит.

– Не подвинетесь ли вы немного, сударь, – обратился он к своему соседу.

Качая головой и ворча, тот подвинулся, и Фрэнк Браун примостился рядом с шофером.

Они тронулись в путь…

* * *

Фрэнк прибыл в город уже поздно ночью.

– А разве нет сегодня больше поездов? – спросил он в кассе.

– Только один скорый, идущий на юг.

– Когда он отходит?

– Сейчас. Через пять минут он будет здесь.

– Куда он идёт?

– В Венецию.

Фрэнк Браун вздохнул с облегчением.

– Дайте билет.

Он вошёл в спальный вагон, разделся и лёг.

– Уснуть! уснуть!

Но уснуть он не мог.

Глава 9. Утро в Венеции

Было ещё очень, очень рано, когда поезд прибыл в Венецию.

Фрэнк Браун сел в гондолу, закрыл глаза и поехал по каналам.

Поднявшись по лестнице гостиницы, он покачнулся и упал. Его подхватил коридорный.

– Вы больны, сударь!

Он привел его в комнату, помог раздеться и принес бутылку вермута. Фрэнк с жадностью выпил три больших стакана, – и повалился на кровать.

Он спал долго и крепко.

Проснувшись, Фрэнк принял холодную ванну, быстро оделся и вышел на улицу.

Он пошел прямо к площади Марка и занял столик в Cafe Quadri. – Фрэнк взглянул на собор.

Странная вещь! Сотни раз сидел он на этом месте и знал наизусть каждый камень. А сегодня ему всё казалось таким чужим.

Фрэнк опустил голову и пристально начал разглядывать каменную плиту. И неизвестно откуда ветер донёс к нему слова:

«Вот ты бежишь, и вечная смерть догоняет тебя… через моря и горы, через глубокие долины и далёкие равнины!.

«Слова святой», – подумал он. Но всякое возбуждение пропало, и он удивлялся тяжелому покою своей души.

«Кто-то тебя позовет…» – прошептал он.

И кто-то назвал его имя.

Он не оглянулся и не удивился: так должно было быть.

– Фрэнк Браун! Фрэнк Браун!…

Он знал хорошо этот голос. Кто это был? Это не был голос святой, но и в этом чужом голосе слышались звуки её голоса.