Сквозь невозможное

Как и всех детей, их больше увлекало само действие, чем обдумывание и наблюдение.

Уже на ступеньках крыльца Мурка почувствовала, как трещины по всей её керамической глазури стали расползаться слишком быстро, чтобы можно было это остановить. Кошка буквально разлетелась на множество осколков, в последний раз жалобно мяукнув. То ли Люна крепко её сжала, боясь обронить, то ли свежий, весенний воздух, напоённый ароматами природы, расправил потрескавшуюся шкурку самоотверженной Мурки.

Дзынь! Нана оглянулась на внезапный звук.

Пару секунд девочки просто стояли и растерянно смотрели на то, что было раньше их любимицей.

Долго горевали девочки над разбитой Муркой. Слёзы лились и лились из их глаз. Люна винила себя в случившемся.

– Как я могла быть такой растяпой! – сокрушалась она, закрывая ладонями заплаканное лицо. – Бедная, бедная Мурка! Она так грустно на меня смотрела, когда я взяла её в руки. Ах, что же я натворила!

Нана и прибежавшие на крики Нидик и мама не могли утешить девочку. Горе так сильно охватило её.

Никакие уговоры и слова не помогали. Тогда мама крепко обняла Люну, прижала к себе. Ощутив мамину поддержку и любовь, она начала потихоньку успокаиваться. Нана и Нидик молча гладили старшую сестру. Нана тоже была расстроена и тихо всхлипывала, глядя на груду осколков.

Папа аккуратно собирал осколки в картонную коробку.

– Сейчас я пойду и склею. – пообещал он приободряющим тоном, хотя и сам был несколько неуверен в этой затее.

– Папочка, можно я тебе помогу? – Нане тоже захотелось поучаствовать.

 – Я буду подавать тебе инструменты. Даю слово: баловаться не буду!

– Конечно, идём! – сказал папа и взял Нану за руку.

Они отправились в мастерскую. Разложили осколки на столе и приступили к реставрации Мурки. Задача оказалась непосильной. Ни один клей не брал. Видимо, после похода к огненным троллям глиняная смесь, из которой была слеплена кошка, изменила свой состав на совершенно неизвестный. Оттого и не неподдающийся воздействию современных клеев.

Присоединившиеся кусочки пару секунд держали форму и вновь рассыпались на части. Папа и Нана тщетно провозились в мастерской несколько часов. Даже мама не раз заглядывала к ним. Им хотелось во что бы то ни стало восстановить всеобщую любимицу. Поздним вечером невесёлый папа вышел из мастерской. Он заглянул к Люне в комнату. Люна после пережитой трагедии пролежала в постели весь день и проплакала. Мама, Нана и младший брат тоже были у неё.