Поцелуев мост

Рената кивнула и вновь набросила чехол на тоскующие стулья, покинутые хозяевами.

Мы обменялись телефонами и договорились созвониться, как только будет найдено помещение для галереи.

Когда мы возвращались к своим машинам, старик, отец художницы, сидел на лавке перед избой и бессмысленно покачивался взад-вперед. Мы попрощались с ним, однако он не ответил.

Я уже было собралась сесть в свой автомобиль, рядом с Гальчиком, как Игорь придержал меня за руку:

– Елка, подожди минутку. Предлагаю пообедать со мной.

Я так устала с этой поездкой, спорами, новым знакомством и громадой будущих свершений, – что сдалась легко и просто:

– Хорошо, Игорь.

Денис тотчас занял мое место рядом с Гальчиком, видимо был предупрежден отцом, а мы сели в машину Игоря. Шофер захлопнул книжку и взялся за руль. Оба авто, подняв пыль, с урчаньем отъехали от домика. На ближайшем перекрестке наша машина свернула в сторону.

***

Я была приятно удивлена, что и в Петербурге появились такие уютные, маленькие ресторанчики, к которым я успела привыкнуть в Лондоне. Приглушенный свет, несколько электрических свечей на стенах, обтянутых ярко-бордовой тканью, создавали уютную, но с примесью тревоги атмосферу. За угловым столиком сидел одинокий посетитель и читал газету. Перед ним стояла едва тронутая рюмка. Официант дал нам меню и неслышно удалился. Обсуждение блюд много времени не заняло, я положилась на выбор Игоря, а он помнил мой вкус: что-нибудь легкое, вроде заливной рыбы.

– Что ж, за твое возвращение, Елка.

– За встречу.

Мы сделали пару глотков и принялись за еду. Разговор не клеился. Я ухватилась за соломинку деловой темы:

– Меня, Игорь, надо сказать, удивило и твое присутствие сегодня, и странный интерес к моей затее. Я бы удивилась меньше, если бы увидела тебя вчера в аэропорту. Ты же знал, что я прилетаю из Лондона?

– Я был в аэропорту, Елка, но не решился подойти.

– Вот как! Глядя на тебя, не подумаешь, что ты стеснительный.

– По-прежнему иронизируешь… Но я действительно боялся нашей встречи. Вдруг тебе неприятно увидеть меня! К тому же в тебе появилось что-то жесткое, пренебрежительное… Ты держишься, как победительница конкурса красоты. Даже годы не лишили тебя стройности.