Половина любви

Она беспомощно оглянулась, но рядом никого подозрительного не было. Неожиданно вспомнились парни, затолкавшие ее в вагон. Очень уж они старались «помочь» ей. Но, если это и была их работа, поймать их было уже невозможно. Елена с тревогой приступила к ревизии сумочки. Точно! Исчез кошелек. В нем были не только личные деньги, но и сумма, оплаченная предыдущей фирмой. Как она будет рассчитываться с рекламным отделом? Елена покачала головой и вздохнула. К счастью, агентское удостоверение и плоский, недавно купленный ею специально для новой работы калькулятор были на месте.

Елена вышла из трамвая. С трудом сдерживая набегавшие слезы, она направилась в «Тайные веды».

Встретила ее сама Татьяна – в длинной черной юбке и накинутой на плечи шали, вязанной крупноячеистой сетью. Цыганские смоляные кудри, заколотые на висках, резко контрастировали со светлыми голубыми глазами.

Татьяна сразу уловила, по ее словам, коричневое поле подруги.

– Что случилось? Только не молчи.

Елена показала Татьяне сумку и поведала о своих потерях.

Татьяна сделала медленные пассы руками над сумкой и в наступившей тишине, растягивая слова, проговорила:

– Это не просто случай. Это знак! Знак Судьбы, ведущей за собой. Тебя ждут, Леночка, большие перемены!

– Ты прямо настоящая колдунья, – грустно улыбнулась Елена, но тут же полюбопытствовала:

– Может, тебе известны и подробности «перемен»?

– Колдунья не колдунья, но экстрасенс-целитель я неплохой, что и сертификат подтверждает.

* * *

В чарующих нотках напевного голоса целительницы Елене вдруг почудилось что-то давно забытое, смешное. Она вспомнила, как в коммунальной квартире ее детства впервые появилась новая соседка.

Лохматая девчонка с черными неряшливыми кудряшками вышла в коридор. На ее плечи была накинута скатерть с бахромой, похожая на нынешнюю шаль.

Концы скатерти волочились за девочкой по полу. Леночка и Фимка, которым уже надоела игра в прятки, с любопытством уставились на нее.

– Как тебя звать? – тотчас спросил общительный Фимка.

– Татьяна Васильевна, – с важностью ответила девочка.

– Ты чья? – полюбопытствовала Леночка.

– Бабушки Кати, – охотно пояснила Танька и без перехода добавила:

– Давайте в дочки-матери играть, чур, я мама.