Двойняшки в академии. Вторая книга трилогии «Двойняшки из Каоса»

А что в этом странного? Дедушка пригласил его, и он согласился прийти посмотреть Аурику, – удивленно проговорила Шанталь.

– Хм. А вы, хоть знаете, что Нимросс – это легенда Магии Искусства? Он Первородный.

– Дедушка говорил. Нимросс – друг его деда.

– Хорошо иметь такого дедушку. Наши маги готовы все свои звания отдать за то, чтобы хотя бы разок поговорить с ним. Он учил самых первых Магов Художников.

– Пусть к деду пойдут, попросят, может быть старый маг и согласится на встречу. Он показался мне общительным и любопытным, – сказал Ларри.

Авалон подпер голову руками и воззрился на двойняшек: – Ну, показывайте свое юное дарование.

Дэйл подпихнул вперед засмущавшуюся Аурику. Ларри положил на стол рисунки. Дэйл подмигивал, рыбки шевелили плавниками, а Икрик забавно дергал ушами. На последнем листе был набросок черноволосого мужчины.

– А это кто? На вас вроде похож, – полюбопытствовал Начальник Академии.

Ларри кинул взгляд на Волка, тот помотал головой. Парень ответил: – Да так. Аурика кого-то рисовать начала.

Авалон хмыкнул. Не хотят говорить. И это не король, хотя сходство просматривалось и, в то же время, явно не ошибка рисовальщика.

– А как рисовать будешь? – обратился Авалон к Аурике.

– «Мне господин маг дал заклинания для кистей, для смешивания красок, и, чтобы оживить изображение. Показал, какие свитки и книги нужно прочесть. Я сейчас эльферон учу. Чуть-чуть уже запомнила. Меня все учат. Специально на общем не говорят».

– Наш профессор дорого бы дал, чтобы увидеть какие свитки и книги тебе отобрали, – хмыкнул Авалон.

– Вот, у меня этот список. Если в библиотеке Академии не будет, мы постараемся сделать копии, – Ларри протянул листик, на котором были записаны названия. На обратной стороне красовался набросок, сделанный графитовым карандашом. Пока все разговаривали, Аурика успела набросать портрет старого мага. Авалон перевернул листик и увидел набросок:

– Точно Нимросс. Я видел его портрет. Он висит на кафедре Магии Живописи и Архитектуры.

– «Никто. Я палочкой в пыли рисовала. Родители орали на меня все время. Я – бесполезная. Выплакала, чтобы мама к тете Вайяне в Каос привела».

Авалон только головой покачал. Встал из кресла и пошел впереди всех в сторону нужной кафедры. Ему показалось, что среди миури мелькнул волк. Но, он решил, что это миури такого окраса.