Какого цвета океан, когда утопает солнце…

У нее – свобода, у него – полет.

ГЛАВА 1. БЕЗ НАЗВАНИЯ. ТОЛЬКО ОН И ОНА

Она помнила, как летать: резкий толчок от земли ногами, быстрый мощный взмах крыльев. И ты уже, разрезая тьму, летишь вперед и вверх.

Если лететь низко, то деревья, люди, дома мелькают так быстро, что сливаются в едином потоке. Но если подняться над океаном или высоко-высоко над облаками, то, как бы быстро ты ни летел, время замирает, а ты замираешь вместе с ним…

Теперь же, имея телесную форму, она могла только смотреть ввысь. Небо большое, звездное и такое манящее.

И ничего…

И только одно ее предательски выдавало – глаза того же цвета.

Она перевела взгляд на левую руку. У основания чуть ближе к запястью выделялся шрам. Они называли его «свобода».

В свете луны он слегка мерцал голубым сиянием.

Она потерла его. Болит.

Хотя она давно привыкла к этому, но в такие ночи все еще обращала внимание…

Она когда-то умела летать, но никогда не умела плавать…

А еще она обладала странной особенностью: ей не нужно было дожидаться ночи, чтобы увидеть звездное небо.

* * *

Он как неограненный золотистый кристалл топаза из Ору-Прету. Или как солнце в момент, когда на закате оно расплавляется в воде.

А еще он очень сильно походил на апельсины. У него было для этого все: рост метр восемьдесят шесть, широкие плечи, выразительные скулы и проницательный взгляд. И если присмотреться, он светился изнутри теплыми желтовато-красноватыми лучами…

И он умел защищать.

Будучи воином, он делал это безупречно.

Защищать и оберегать. А еще ценить…

Но… случается и так…

«Я не любил. И ничего не помню. Не верю в любовь», – иногда думал он, и иногда он это делал даже утром.

ГЛАВА 2. КОГДА ВСТРЕТИЛИСЬ ИХ ГЛАЗА…

Табу на то, чтобы им быть вместе, возникло задолго до ее и его рождения. При этом количество запретов увеличивалось в геометрической прогрессии с каждым прожитым ими днем. И не имело значения, кто из них смог прожить этот день.

К моменту знакомства уже объективно существовала тысяча оснований, чтобы им никогда не встречаться, и еще миллион причин, чтобы не встретиться именно сейчас.

Наконец они находились в точке пространства и времени, концентрирующих в себе множество отрицаний, возведенных в степень бесконечности.

И в эту самую долю секунды, когда его взгляд как магнитом притянуло к ее глазам, она подняла на него свои. Их мысли спутались. Они смотрели друг на друга.