В интересах личного дела

Но при всех меркантильных расчетах она была умницей и красавицей, да и старше его всего лишь на десять лет. Он много раз задавался вопросом: смог бы он в нее влюбиться, будь она бедна? И отвечал себе почти всегда утвердительно.

Она была необыкновенной!

– Света, я много раз просил тебя не называть меня деткой! – выпалил он со злостью и зашвырнул куда подальше запонку, которая нашлась. И он теперь вертел ее в руках. – Я не твой сын! Я твой мужчина! И собираюсь стать мужем, в конце концов. Твое «детка» неуместно.

– Прости, – отозвалась она без намека на обиду.

Ее глаза наполнились тревогой, став темнее, хотя это было практически невозможно. Глаза у Светланы были темно-карими.

– Принято. – Он натянуто улыбнулся и развел руки в стороны. – Как видишь, рубашка ни к черту. Надо что-то придумать.

– Уже, д?дорогой, – сорвавшееся, было, «детка» она вовремя заменила. – Я еще вчера заказала тебе другую сорочку, только доставили. А состав этой ткани подразумевал, что она изомнется. Это неприемлемо.

Он коротко улыбнулся и пошел в гардеробную, где ее горничная уже наглаживала рубашку, вытащив ее из упаковки.

– Но что же все-таки произошло на самом деле, детка?

Она выглянула из спальни, удостоверилась, что Вадик на первом этаже о чем-то говорит с горничной, и достала телефон из глубокого кармана комбинезона черного шелка.

– Алло, Влад?

– Так точно, Светлана.

Хлопов всегда так отзывался – и ей, и ее отцу, на которого начал работать более двадцати лет назад, уволившись из органов. Она сейчас даже и не вспомнила бы, сколько именно. Кажется, он был всегда.

Она коротко улыбнулась.

– Влад, что-то происходит. Не пойму, что именно, – проговорила она, понизив голос.

– Вадик? – тут же догадался верный начальник службы безопасности.

– Да.

– Что-то конкретное?

– Нервничает. Без причины. Рассеянным стал.

– Может, жениться не хочет? – с легким смешком предположил Влад Хлопов.

– Хочет, – фыркнула она весело. – Еще как хочет! Ему бы и не хотеть!

Светлана была умной женщиной, и многое понимала. Вадик не стал исключением, но она привязалась к нему, и он отвечал ей тем же. К тому же она чувствовала, что он ее хочет. Подобное разыграть вряд ли кто-то был способен. Это казалось ей главным условием для семейной жизни.

К тому же он был не глуп, не ленив.