Веретено

 – Ты, Веня, точно ничего не путаешь?  Владимир Петрович? Который с себя последнюю рубашку снимет, что б соседям помочь?

–Я ж тебе говорю, обезумели люди.  Почему – не знаю. Как было, так и говорю.

Кот запрыгнул на стол и внимательно посмотрел на меня, потом  коротко мяргнул, словно подтверждая слова Вени.

– Подтверждаешь его слова? – спросила я у кота.

–Между прочим, обидно это слышать, – насупился Веня.

– Ну, сам посуди, я приезжаю домой, дома разгром, сидит мужик в тулупе и рассказывает страшное про моих соседей.

И единственный кто может подтвердить его слова – кот Капитон.

–Я не простой мужик, – ещё больше насупился Веня, сдвинул седые брови и запыхтел как паровоз. – Я домовой.  Чего тогда на грязном полу сидела, коли я просто мужик?

– Нууу… от неожиданности!

– От  такой неожиданности болезь межвежья случается, – не сдавался Веня. – Что, ты меня совсем–совсем не помнишь? Маленькая ты со мной часто играла.

Что–то мелькнуло у меня, действительно знакомое.

«Голубенькая маленькая чашечка и стакан в подстаканнике, мы сидим в огороде и пьём чай с моим другом.

Только его никто кроме меня не видит. И чай он пьёт смешно – он пьёт запах».

–Верно, верно! – обрадовался Веня. – Ты всегда к чаю бутерброды по городскому готовила: подорожник, сверху берёзовых листочков, потом лук и потом обязательно цветочком украсишь! Сидим с тобой чаи гоняем в огороде, а все соседские над тобой смеются!

–Вот почему меня ненормальной звали… – вздохнула я. – И били.

– Я им всем отомстил.

Кому подножку поставил, у кого тетрадку с домашним заданием спрятал, – гордо сказал Веня. – Только Лизавета Ляксевна мне потом запретила с тобой играться.

– Жаль.

– Жаль, – как эхо повторил Веня.

Глава 3.

К десяти утра еле–еле рассвело.

–Так, я в магазин, за едой какой–нибудь. А вы, – я строго посмотрела на кота и Веню, – без глупостей!

У магазина, перед открытием, как обычно, собрались все неработающие. Бабушки, и дедушки у кого с утра внутрях горит, и прочая выходная публика.

Все переговаривались, спорили, кто за кем, считали деньги в кошельке, но как только заметили меня – насторожились.

Улыбаться я не стала, не ко времени, просто поздоровалась.

Но мне никто не ответил, отошли на безопасное расстояние и с опаской ждали моих действий. Наконец открылся магазин. Продавщица, с лёгкого похмелья, глянула на ожидающих мутным глазом и скомандовала:

–Заходи по очереди! – сплюнула в жёлтый сугроб, и добавила.