Девочка-ромашка

Жена повеселела, сама выходила к нему из палаты и говорила, что с удовольствием ест всё, что в больнице готовят.

Никитин даже подумал, если жена и в самом деле, пойдёт на поправку, то пожалуй, он с ней разводиться не станет. Чего одну бабу на другую менять. К тому же, у них детей двое. А Наташа будет запасным аэродромом.

Тем более, подруга ни на что не претендовала. Говорила, что ей и так хорошо. Ну, а если хорошо, то и заморачиваться не стоит. И потом две любимых, точнее, любящих женщины, лучше, чем одна.

Ласк будет доставаться в два раза больше.

Когда Любу выписали домой, Никитин притих. Одно дело, когда жены дома нет, и совсем другое, когда она каждый день глаза мозолит. И, кажется, дражайшая половина что-то подозревает.

Тёща вернулась к себе домой, потому что Люба теперь сама могла готовить еду, хотя и не делала резких движений, но справлялась сама. Бельё стирала машина-автомат, а гладить Люба не торопилась.

Присаживалась у гладильной доски и неспешно водила утюгом по рубашкам и майкам. В больнице Любе посоветовали не перегреваться.

На прощание Валентина Петровна косо глянула на зятя, когда они остались на кухне вдвоём.

–Ты, кобелина, хоть при Любе не таскайся. Видишь, ей лучше стало. А как узнает, что ты себе новую подстилку завёл…

Никитин оборвал тёщу.

–Не учите меня, мамаша, жить. И обижать Любу я тоже не собираюсь.

Валентина Петровна поджала губы.

– И то, ладно.

Дни сматывали свой клубок, сворачивали его в месяцы, не докучая неприятностями. Люба всё свободное время проводила с детьми.

Те ластились к матери, радуясь, что та не лежит в кровати и не стонет, как раньше.

Павлик каждый вечер, на ночь глядя, получал свою порцию сказок, которые Люба читала сыну перед сном. Мама целовала его, как раньше, желала спокойной ночи и уходила спать в свою комнату.

Павлик теперь спал спокойно. Радовалась маминому благополучию дочка. Девочка змейкой крутилась вокруг матери, заглядывала той в лицо, словно пыталась рассмотреть, надолго ли отступила мамина болезнь и не собирается ли обратно вернуться.

Готовились к новому году. Люба неожиданно предложила сшить дочке карнавальный костюм и Зойка обрадовалась. Она очень хотела бы всех удивить. У мамы золотые руки, и шить и вязать она умела.

Рассматривали журналы, гадая, что бы такое придумать. Чтобы не как у всех наряд был, и чтобы новогодний костюм выглядел достойно. Зоя только плечами пожимала, не может она сама ничего придумать.

Пусть мама предложит, а дочка согласится.