Унылый. Slow Style Brain

Дневные насекомые и птицы окончательно проснулись, в лесу появилась активная жизнь. Жуки, гусеницы, пауки, мошки, бабочки, стрекозы и прочая живность хлопотали о продолжении своего вида. Птицы-охотницы стремительно подхватывали медлительных насекомых, относили их в гнезда. Мир наполнился звуками и перемещениями.

Уник прервался и постарался побыстрее подкрепиться подвернувшимся на пути подосиновиком. Когда он почти доел, к нему с юго-запада прилетел настойчивый запах плесени.

– Нет, мой гриб не плесневелый.

Он пристально осмотрел остаток гриба. Запах плесени никуда не исчез. Тогда Уник принюхался по ветру и решил сползать в том направлении и выяснить причину.

Вдали висел низкий туман. Он показался слизню необычным. Унылый прислушался: в влажной завесе слышались голоса. Их доносящиеся мелодии проникли в его голову. Они стонали, протяжно вздыхали и выдыхали. От этих звуков слизня пробрала дрожь, а в сердце прокрался мороз. Ему показалось, что эти голоса как будто ему знакомы и зовут его.

****

Между глаз-рожек слизня потекло вытянутое белесое облако. Унылый ощутил его касание, и у него мелькнула молниеносная мысль: «О, Боже! Оно на меня похоже!» Уник аж дёрнулся в испуге. Но как только облако отлетело, в слизне зажглась надежда узнать главное про себя, и он мобилизовался. Через минуту он уже полз туда, где странные говорящие туманности летали плотнее. Чем ближе он подползал, тем явственнее становились вздохи и подвывания.

Дорога внезапно кончилась. Слизень дополз до края рва. Внизу виднелись мокрые пятна, напоминающие о протекавшей здесь небольшой реке. Сейчас влага практически не испарялась, и потому здесь висел тот самый плотный туман. Судя по всему, ветер в эти места не решался заходить.

Уник присмотрелся внимательнее и увидел чуть ниже себя синюю лужу, из которой нитеобразно вверх вытягивалось длинное белесое облачко, точь-в-точь как он видел ранее. Облачко испускало продолжительный выдох и гудело. Унылого охватил смертельный ужас… Он отполз от края и сжался в тугой комок. Мысли бешеным роём заносились в его голове, перекрикивая гудение облака. Небо придавило Уника, его голова начала раскалываться.