Твой образ блистающий. Дневник Белы

Прячусь за машину, – не заметили б! – поворачиваюсь лицом к ветру, – может, осушит? – и отвлекаю, утешаю себя: вон, школьники сидят вокруг бурта, картошку перебирают… глубоко вдыхаю, выдыхаю… и куртки у них пестрые, яркие, бурт – словно клумба. Но слезы с ресниц ни-икак не скатываются!.. и не обсыхают, и утереть их нельзя… не хочу, чтоб Лис увидел! А он уже подходит:

– Всё, поехали…

Заметил ли? Но до города – ни-и слова. А когда приехали и вышли из машины, услышала:

– Ну… Бет, Вам налево, мне направо… – И смотрит, и говорит тихо: – До свидания, Бет.

И я смотрю ему в глаза (Видите, уже нет слез.)

– Всего доброго, Лис…

И уже иду в незнакомый двор среди девятиэтажек… Да нет, не двор это, а пустырь, и только в центре – качели, лесенка, лавочка. Сажусь, но опять – слезы! А вокруг – сотни окон, и все смотрят на меня!.. Слезы, пожалуйста, не надо!.. Но сползают по щекам, капают. Украдкой утираю… чтоб окна не видели, чтоб люди… и когда они проходят слева – отворачиваюсь вправо, когда справа… а если и с той, и с дугой стороны, – а, пусть видят.

А слезы так и не вылились, а просто затаились. И только ли виной – «Тётка Егориха?»

Она сомневалась… А я – нет, ибо видела, что были бы они отличной парой, если бы… И даже иногда в шутку подталкивала её к Сомину:

– Слушай, а, может он разведется с женой.

И рассказала ей такой случай:

– Как-то сижу в монтажной, жду, когда Наташа смотает сюжеты на бобину и вдруг слышу: «Есть хочу. – Вошел Сомин, потирая руки, и добавил: – Вот сейчас приду домой и как приготовлю себе что-нибудь вкусненькое!» Удивилась: «Что, сами готовите?» А он… и с такой злостью: «А кто ж? Моя сволочь…» При чужих-то людях и так… о жене! Ну и сказала ему это, а он: «А как о ней? Вчера шорты сыну сам штопал… да и носки никогда ему не зашьет, „Новые купи“! – передразнил.

Рассказала это Беле, и услышала: «Может, он плохо живёт с женой… – И с грустью посмотрела на меня: – Но о чем ты говоришь? Разве может быть между нами что-то, кроме… Во-первых, я старше его, а во-вторых, еще – и дети. Ну, зачем я ему… такая? Так что никаких „значит“ быть не может.