Я – его алиби

 – Женщина сложила руки на груди и, сделав знак следовать за ней, прошла в глубь двора.

Кирилл со своей ношей, то есть со мной, терпеливо вышагивал рядом и не произносил ни слова. Когда же женщина уселась на скамейку и жестом пригласила присоединиться к ней, он спросил:

– Вы хоть отдаете себе отчет в том, что только что сказали?

– Вполне, – обиженно поджала она губы. – Из ума, слава богу, еще не выжила.

– Извините, пожалуйста, – мягко тронула я ее за плечо. – Расскажите, что вы видели. Я упала, а потом этот страшный грохот…

– Не было грохота, – авторитетно заявила она, сразу забыв свою обиду.

– Так что там с выстрелом? – нетерпеливо перебил ее Кирилл.

– Вот я и говорю, – сердито сверкнула она глазами в его сторону. – Только она собралась подняться, как витрина магазина лопнула, и стекла посыпались.

– Ну, с чего вы взяли, что витрина лопнула от выстрела? – Кирилл скептически улыбнулся.

– Эх, молодой человек! – укоризненно поджала женщина губы. – Я же не сразу ушла, а постояла немного. Продавцы из магазина вызвали милицию.

– И милиция сообщила вам, что витрина разлетелась в результате выстрела? – продолжал он иронизировать.

– Зачем? – Она хитро улыбнулась. – Я одну девчушку поймала. Она моя знакомая, продавцом работает. Вот она-то мне и шепнула: кто-то видел, как стреляли из машины, номер которой, правда, никто не запомнил.

Я сидела с вытянувшимся лицом и переводила непонимающий взгляд с одного на другую.

– Ну а зачем кому-то в меня стрелять? – жалобно пискнула я наконец. – Я никому ничего не сделала.

– Не знаю, милочка! – Женщина решительно встала со скамейки и, попрощавшись, засеменила к своему подъезду.

– Да-а-а… – протянул Кирилл, разглядывая мои перебинтованные колени. – И что же теперь делать?

– Отвези меня домой, пожалуйста, – попросила я, пытаясь подняться.

– Хорошо. – Он взял меня на руки и понес к своей машине, которая приткнулась в скверике напротив.

Всю дорогу мы напряженно молчали. Не знаю, что явилось причиной его немногословности, но мне было не до разговоров. События последних двух дней не могли меня порадовать. Более того, было в них что-то зловещее и непонятное…

Словам женщины о предполагаемом покушении я, конечно же, не поверила.