Рыцарь чужой мечты

Лишь на краткий миг позволила себе не думать о Наташкиной беде. Но стоило запереть за собой дверь, стоило пойти вниз по ступенькам, как снова накрыло. Да так, что ноги принялись подкашиваться. А стоило выйти на улицу, так и вовсе хоть в обморок падай. Вязкая духота опалила лицо, впилась в тело влажными когтями, тут же влепив темный костюм в лопатки, а юбку к ногам. Погорячилась она, вырядившись подобным образом. Не подумала, что придется тащиться по жаре через весь город. Попросить бы у Стаса машину, да снова начнет ныть и причитать, что баба за рулем – это…

Черт с ним, со Стасом.

– Свободны? – сунулась она в первую попавшуюся машину на стоянке такси.

– Да, – кивнул водитель, тут же без лишних слов повернув ключ в замке зажигания. – Куда?

Она тут же назвала Наташкин адрес.

Пока ехали по городу, удачно минуя места, где могли образоваться пробки, она все думала, что скажет подруге при встрече. С чего начнет разговор, сможет ли повернуть его так, чтобы разжиться номером дома и квартиры, где теперь станет горевать в одиночестве та самая врачиха, что не смогла уберечь от смерти сначала Генкиного сына, а потом и его самого.

Но странное дело – Наташка начала их разговор именно с этого.

– Ты знаешь, я хотела бы задать несколько вопросов этой сучке, – задумчиво обронила она, занавесившись сигаретным дымом в собственной кухне.

– Это ты о ком? – на всякий случай уточнила Ирина, с жалостью поглядывая в сторону подруги.

Взбодрившись поначалу идеей мести, Наташка снова сникла, изрядно подрастеряв свой запал. Под глазами – черные полукружья. Волосы не чесаны. Спортивный костюм неряшлив и измят. Да и в квартире снова царил беспорядок.

– У тебя были гости? – Ирина попыталась разметать рукой густые клубы дыма. – Полна раковина пустых фужеров.

– Были. А с чего у меня им не быть? – Наташка равнодушно пожала плечами. – Женщина я одинокая. Теперь вот… Теперь вот совершенно одинокая.

– Да… – задумчиво откликнулась Ирина, не выдержав, метнулась к окну и открыла обе створки, проворчав: – Наташка, хватит курить! В старуху превратилась, ей-богу! Куда только твоя красота подевалась?

– А кому она нужна теперь, Ир, красота-то моя? – хмыкнула та, ткнула коротким окурком в пепельницу и тут же снова потянулась за новой сигаретой. – Генка мне, кстати, тоже вчера об этом квакнул.