Программа защиты любовниц

 – Иван медленно повернулся, глянул на хозяина. – Вам надо будет просто уехать из дома ненадолго. Дня на два-три, скажем. И быть на людях все время. А я… Я все решу.

– А Зоя?!

– Зое я скажу, чтобы еще отдохнула. Чего ей тут, раз вы уезжаете?

Иван говорил тихо, методично, почти без эмоций, и от этого-то Владимиру было особенно страшно. Он не представлял, мог только догадываться, что тот станет делать с бедной девушкой.

Ого! Она уже и бедная! А минут пять назад была шлюхой. И ненавидел он ее в ту минуту.

– Ты правда все решишь? – спросил он через паузу измученным задушенным голосом.

– Да, – бесцветно, тихо, ровно.

– И ты… Ты сможешь отвести от нас подозрения?

– Сто процентов, – кивнул Иван и невольно закусил губу.

Он не был уверен, вот в чем проблема, не был уверен в том, что на вопросы не придется отвечать.

Нет, он сделает все бесшумно, так, что подозрений не будет, но вопросы задавать им все равно станут.

– Ладно, Ваня. Ладно. – Черных хлопнул его по плечу, сгорбился и, тяжело волоча ноги, зашагал к своей комнате. – Делай, что считаешь нужным.

– Хорошо, – кивнул он. – Хорошо. Вы… Вы не станете с ней больше говорить, Владимир Сергеевич?

– Последнее слово? – Черных с ужасом передернулся. – Нет! Я иду собирать вещи. Утром я заеду в одно место, сам знаешь куда, потом сразу в аэропорт. Зое мне звонить, или ты сам?

– Сам, – безошибочно угадал настроение хозяина Иван.

Хозяин укатил из дома на следующий день в начале девятого утра. Гладко выбритый, сильно надушенный, в тонкой сорочке из дорогого батиста, тонких льняных брюках, замшевых мокасинах на босу ногу. Он нес в руках дорожную кожаную сумку и кейс, когда столкнулся с Иваном на выходе.

– Вы без завтрака?

– В городе, все в городе, – на ходу откликнулся Черных, выскакивая из собственного дома, как из преисподней.

– Когда? – крикнул ему в спину Иван.

Но ответа не последовало. Хозяин прыгнул в машину и укатил, оставив его один на один с сумасшедшей проблемой, чего-то затихшей в кладовой. Уже пару часов как молчит.

Иван еще раз набрал Зою, поболтал с ней, все больше для того, чтобы удостовериться, что она невзначай не нагрянет с глупой бабьей башки. Зоя даже не выезжала еще от детей, обрадовавшись вчерашнему предложению продлить свой отпуск.