Преступные игры гения

Да и сложно с ней рядом, это он понял уже при третьей их встрече. Насколько прекрасно, настолько и сложно. Ему приходилось постоянно следить за тем, что и как он говорит, поскольку она цеплялась к каждому слову. И не потому, что считала подозреваемым в убийстве его любимой Лидочки. Просто была такой задирой.

Нет, постоянно находиться с ней рядом очень сложно. А вот иметь ее портрет и любоваться линией ее скул, едва уловимой улыбкой, волнами ее волос удивительного цвета карамели – этого ему захотелось сразу.

И он принялся за работу.

Конечно, она ему не позировала.

– Смеетесь, Валерий Павлович! – фыркнула она возмущенно. – При моей занятости тратить впустую по два часа в день – это роскошь!

Он тогда не стал ей говорить, что двух часов совершенно точно будет недостаточно. Минимум три, а желательно – четыре. Остерегся. Но попросил фотографию. Она растерялась и ответила, что не припомнит, чтобы у нее имелось удачное фото, способное послужить основой для портрета. И позволила ему сделать несколько снимков.

Один получился особенно удачным. Он его распечатал в фотостудии у юноши, когда-то бывшего его студентом. И с этим фото принялся работать над портретом.

Чудны дела твои, Господи! Он сделал портрет за две с небольшим недели! Правда, работал почти без сна, но…

– Восторг! – ахнула Анна, когда он ей его показал. – Как вам удалось? Вы же пишете пейзажи. Или вы что-то от меня скрыли? Или я чего-то о вас не знаю, Валерий Павлович? Чего-то темного и тайного, а?

Вот опять! Она во всем видела подвох и преступление.

И он не стал ей ничего объяснять. Это выглядело бы так, как будто он оправдывается. А ему не в чем было перед ней оправдываться. Он просто хотел видеть ее лицо в своем доме постоянно.

Но и об этом он ей сказать не мог…

– Вы позволите?

Он все же осмелился и подошел к ней – печальной молодой женщине, чье лицо его заинтересовало как начинающего портретиста.

– Не позволю, – глянула она строго и поджала губы. – Мест нет?

Она выразительно посмотрела на полупустое кафе.

– И не стоит меня клеить, – ее губы сжались узкой линией. – У меня уже есть мужчина.

Уверенности в ее последнем заявлении не было. И Валерий предположил, что ее невысказанная печаль, возможно, именно с ее избранником и связана.

– Вы меня неправильно поняли.

И он, вопреки обыкновению, потащил стул от ее столика. И уселся без приглашения.

– Я художник. И мне очень понравилось ваше лицо.