Последнее прибежище негодяя

Мне все это кажется какой-то чудовищной ошибкой. – Последние слова свои она договаривала, уже глядя в глаза Данилову. – Мне кажется, что отравить хотели Савельева. А Сонечка попалась за компанию.

Данилов сердечно поблагодарил девушку, сунул ей свою визитку на случай, если она вдруг вспомнит какие-нибудь щемящие душу подробности, способные пролить свет. И вышел с Игорьком в коридор.

– Знаешь, в ее словах есть доля истины, – проговорил он задумчиво, рассматривая длинный широкий офисный коридор. – У меня тоже сложилось впечатление, что бедная девушка попалась по ошибке.

Что-то съела, выпила за компанию и умерла.

– А как мы узнаем, что именно? Наши эксперты ничего не нашли! Ни в машинах у них, ни дома, ни в кабинете Савельева, ни в приемной. Уборщица утверждает, что ничего такого не было, ничего такого она не выбрасывала. Ничего! Ни упаковок, ни коробок, ни бутылок, ни чашек.

– Стоп! Игорек, да ты молодец!

Широко шагая, Данилов за пару минут преодолел длинный коридор, взлетел вверх по лестнице, ворвался в приемную и едва не свалил с ног высокого мужчину, стоявшего в задумчивости перед высокой стойкой секретаря.

Длинные тонкие пальцы его маршировали по полированной поверхности стойки. Глаза внимательно за этим маршем наблюдали.

– Что это вы, юноша, носитесь, как по стадиону! – неодобрительно покосился он на Данилова. – Здесь все же офис.

– Кто вы? – просто спросил Данилов, демонстрируя удостоверение.

– Главный бухгалтер Заломов Василий Васильевич.

Глубоко посаженные глазки главбуха хищно вцепились в лицо Данилову, расчленяя его на фрагменты.

Сначала они прошлись по его открытому лбу, пощупали высокие скулы, обошли вниманием прямой правильной формы нос, неприлично сосредоточившись на полных губах, и тут же нырнули в черные даниловские глаза, как скальпелем в них пырнули.

– К вашим услугам.

– Что вы здесь делаете? – Данилов кивнул на стойку, а потом на дверь Соседовой. – Там и тут никого нет. Алла Юрьевна уехала, насколько мне известно.

– Мне тоже это известно, юноша, – неприятным голосом ответил Заломов.

Обвел взглядом приемную. – А здесь я… Здесь я рассуждаю, юноша. Размышляю и сопоставляю.

– И о чем же вы размышляете?

Данилов обошел его, зашел за стойку, потом за шкаф, внимательно осмотрел раковину. Для чего-то понюхал сток. Пахло моющим средством. Ясно, поработала уборщица. Она всегда убирала по вечерам, он уже это знал. После того, как все уходили. Потом влез в шкаф и принялся осматривать посуду на полке.