Пленная птица счастья

 – А чрезмерное особенно. Передайте ему, пожалуйста, лично от меня.

Ростислав нахмурился и не ответил. И так уделил достаточно внимания какому-то охраннику.

Он вошел в эту часть кафе, скинул куртку на руки швейцару. Перед зеркалом провел рукой по коротко стриженным волосам. Подхватил почти пустой портфель и шагнул в обеденный зал.

Зал был пуст, не считая склонившегося над тарелкой Зайцева. Тот сидел к входу спиной. Нехороший знак.

Почему он так сел? Спиной к человеку, который вот-вот войдет. Что это может значить – он не боится меня? Не уважает? Или он вообще никого не боится? Никого, кто возится, шушукается, вредит ему за спиной.

Похоже, что так, других вариантов нет.

По сверкающему дубовому полу он наконец добрался до Зайцева.

– Добрый день, Глеб Анатольевич. Не помешаю?

Встал над ним, нарочно не спешил присесть. Протянул руку. Зайцев швырнул нож на тарелку, нехотя ответил рукопожатием. Кивком указал на место напротив. На вопрос не ответил.

Ростислав уселся. Уставился на человека, который досаждал ему своей несговорчивостью уже который месяц.

Вот так близко им еще не доводилось встречаться. Нет, может, и виделись когда-то давно, но он этого не помнил. Шальная молодость сводила с разными людьми – кто проскользнул незамеченным, кто нет.

Насмотрелся вдоволь, пока тот доедал свой антрекот с картошкой.

Седой на всю голову. Широк и крепок в плечах. Недорогой костюм, простая рубашка – у охранника дороже. Может, нарочитая простота, может, так привык. Лицо симпатичное, глаза серые, переносица перебита, но его не портит.

Оно и понятно: бывший спортсмен, бывший тренер – нет косточки не ломаной, нет жилочки не тянутой, н-да…

– Насмотрелся? – нарушил тишину Зайцев. Снова со звоном швырнул нож с вилкой на тарелку, откинулся на спинку стула. – И что скажешь?

– Ничего, – с нарочитым спокойствием ответил Ростислав.

Но насторожился. Тыкает, хотя еще и не знакомились, – это плохо. Значит, не уважает. И уважать не станет. Смотрит холодно, равнодушно. Тоже нехорошо. Значит, не договорятся.

– Землю эту, гражданин Яковлев, я тебе не отдам. – Здесь Зайцев совсем уже непотребно сложил пальцы в кукиш и выбросил его над столом. – Хрен тебе, а не земля.

– Что так?

Ростислав улыбнулся. Он не нервничал, он был готов к такому ответу. Правда, не в такой грубой форме. И с какой стати он гражданин? Не в допросной поди сидят – в обеденном зале дорогого кафе. И не извозчики они вроде, чтобы с ходу тыкать друг другу и кукишами размахивать.