Окно в Париж для двоих

 – В какую избу, если у него трехкомнатная квартира? Ты чего мелешь?

– Я говорю, в избу горящую войдет твой герой-любовник, если в этой избе я гореть стану, Леш?! Он войдет или прежде баночки расставит, унитаз вымоет, отряхнет штаны и проверит наличие в кармане страхового медицинского полиса?

Володьку Королева Даша терпеть не могла. С самого раннего детства, с того самого момента, когда он выговорил ей менторским тоном – хотя разница в возрасте составляла всего лишь пару лет, – что приличной девочке не пристало ковырять в носу принародно.

Приличной девочке на ту пору было семь лет, в носу у нее свербело от густого столба пыли, поднятого уличной машиной со щеткой. Да и народу никакого поблизости не было. Один лишь Королев-умник. Даша тогда, помнится, показала ему язык и убежала. Потом сильно переживала и все время ловила себя на разных нехороших поступках, недостойных приличной девочки. То колготки в подъезде остановится подтянуть. То выплюнет жвачку и промахнется мимо урны. То повидло из пирожка уронит прямо на кофточку и тут же начнет ловить его пальцами и совать обратно в рот, а пальцы при этом облизывать.

– Леш, можно я как-нибудь сама, а? – примирительно протянула Даша, когда Леха затих в трубке и засопел, засопел. – Извини, но мне же с ним спать придется, если замуж. Так ведь?

– Ну… Наверное… – не очень уверенно промямлил Леха.

– А то! Не могу я с ним в постель лечь! Хоть убей, не могу!

– А с кем можешь?! – Леха мгновенно принял стойку. – У тебя что, кто-нибудь уже есть?! И я об этом ничего не знаю?! Дашка, ты смотри у меня…

И пошло-поехало! Теперь ей пришлось выслушать целую лекцию о вреде беспорядочных половых связей. Вспомнились венерические болезни, СПИД, разбитые сердца, поруганная честь, исковерканные жизни и все прочее в том же духе.

Даша брата не перебивала, пусть оторвется по полной.

– Ладно, – выдохся минут через десять Леха. – Ты, в конце концов, уже взрослая девочка, сама понимаешь все. И если к этому моменту не наделала глупостей, надеюсь, что так будет и дальше. Ага, Дашунь?

– Ага, – произнесла она и тут же густо покраснела.

Глупость великую она на прошлой неделе совершила.