Мода на чужих мужей

Это все равно что тигрицу и… ну, к примеру, лилию сравнивать.

– И кто же так говорит, Таня? – быстро собрал он свою растерянность в кулак.

– Да все!

– Что, прямо с утра до ночи собираются в курилке и обсуждают тему моих отношений с Лаврентьевой? Все-все, начиная от уборщицы и заканчивая моим замом? – с холодной усмешкой уточнил Стас, подписывая ей заявление. – Вы сами не знаете, что несете…. Вот, заберите и сдайте дела Галине из бухгалтерии.

– До свидания, Станислав Викторович, – с горделивой обидой обронила Татьяна, направляясь к двери, потом вдруг притормозила и, не удержавшись, проговорила с ехидцей: – А все-таки вы ее не перестали любить, Ольгу свою.

Вот сука, а! Весь день ему обгадила напоследок. Наговорила, а теперь сиди и думай, что и как он делает не так, что у общественности вдруг такое на его счет мнение?

Ведь если Татьяна и преувеличила, то ненамного. Наверняка сплетничают по углам, наверняка.

– Галина, зайди ко мне, – приказал он, позвонив в бухгалтерию.

Галина в его кабинет впорхнула крупным мотыльком. Тут же поправила на огромной груди пышные фалды малиновой блузки, пробежала ладошкой по укороченной юбке, открывающей полные коленки, прострочила паркет каблучками, подбегая к его столу, и замерла нарядным эльфом слева от плеча.

– Дела у Татьяны принимай, – приказал он, неодобрительно покосившись на яркий наряд Галины. – Какая ты…

– Какая?

– Яркая.

– А, это мне любимый из Турции тряпки приволок, – рассмеялась она. – Я бы не надела никогда, слишком уж вульгарно, да обижать не хочется. Он все пристает да пристает, чего не носишь, я, говорит, искал, старался. Чудной!

По тому, как именно она назвала своего мужа чудным, Стас понял, что Галина и в рубище нарядилась бы, лишь бы ему угодить.

– Мне пересаживаться в приемную? – без лишних уточнений спросила Галина.

– Да, придется пока, – поморщился Стас, понимая, что без объяснений со Светланой ему не обойтись. – У меня к тебе разговор имеется, Галин. Ты человек откровенный… Присядь-ка.

Галина вытянула стул из-под стола переговоров, присела и уставилась на него внимательными добрыми глазами.