Любовь окрыляет

Понял по пропавшей стреле света из дверного глазка, что его рассматривают. Долго это продолжалось. Или показалось ему так. Потом она открыла.

– Здрассте, – поздоровалась высокая темноволосая девушка, стоящая на пороге своей квартиры в широченной нелепой кофте до колен и босиком. – Вам кого?

И она вдруг брезгливо поморщилась, когда он вздохнул и выдохнул в ее сторону.

Перегаром от него несет, понял Карпов и устыдился. Напился, как свинья, со своего мужского горя. Притащился к постороннему человеку, который ни сном ни духом о его проблемах.

– Что это на вас надето? – прищурился вдруг Карпов, внимательно рассматривая широченную кофту без рукавов, яркого лимонного цвета с коричневой орхидеей по подолу.

– На мне? – она растерялась. – Туника. А что?

– А я решил, ночная рубашка. Извините, думал, разбудил.

– В Москве полдень, – напомнила она и чуть отступила, когда он в очередной раз обдал ее запахом перегара.

– А чего вы незнакомым мужикам дверь открываете? – огорчился он вдруг. – Кругом зверья полно. Вы одна живете…

– Откуда знаете?! – перепугалась она так очевидно, что он снова устыдился и тещу проклял. – Погодите, погодите… Кажется… Вы зять Натальи Ивановны! Глеб, точно!

– Глеб, точно, – выдохнул он с облегчением, но теперь уже в сторону. – А вы Кристина. Извините, что приперся. Она сказала… Я и пришел.

– Что она сказала такого, что вы решились на визит?

И вот тут он вдруг по блеску в ее умненьких серых глазках понял, что она в курсе. Эта очень высокая и очень симпатичная девушка, живущая одна этажом выше его тещи, обо всем знает.

А о чем обо всем?

– Поговорим? – спросил Карпов и, не дожидаясь приглашения, шагнул внутрь ее квартиры.

Глава 3

Когда она рассматривала его в дверной глазок, он показался ей отвратительным. Странно, что раньше, провожая их семейство взглядом от подъезда до машины или от машины до подъезда, она находила его привлекательным.

Потом, когда открыла ему и поговорила непонятно о чем, вдруг снова понравился.

Добротный мужик, как сказал бы ее папа!

Высоченный, где-то метр девяносто. Ничего лишнего в фигуре, хотя к его возрасту мужики уже животами обзаводятся.