Лабиринт простых сложностей

И жильцы подъезда, которые вызвали полицию, в один голос утверждают, что, открыв дверь на крики, увидели, как наша подозреваемая держит окровавленный нож в руке и орет. Стоит над лежащей на лестничной площадке мертвой девушкой с ножом в руке и орет не своим голосом. Ну что тут огород-то городить, капитан? Убила, а теперь – не помню.

– Может, и не помнит из-за сильнейшего психологического потрясения.

– Да помнит она все! – резко возразила Хмельнова, заходив по кабинету со сложенными на груди руками. – Она не была пьяна настолько, чтобы не помнить.

– Да, – не совсем уверенно произнес он. – Всех, кто входил и выходил из всех четырех подъездов этого дома на момент, предшествующий убийству, и после него.

– Никого, заслуживающего нашего внимания? – встала Хмельнова перед его столом.

– Никого, – уже увереннее проговорил Дима.

– А убитая девушка? Ты проверил ее контакты, друзей, знакомых, родственников?

– Не все, – вот тут он не стал врать, потому что почти никого еще не проверил. – Времени не хватило. Я один. Все в отпусках.

– Нашли тоже время в отпуска уходить, – проворчала Хмельнова, отходя от его стола. – Я, конечно, понимаю, почему ты не усердствуешь, капитан. Готовая подозреваемая в камере, чего лишние телодвижения совершать, так? Так… А вдруг? Вдруг она говорит правду? Вдруг это не она убила соперницу?

– А кто? – с усталым вздохом спросил Дима.

Да, они совершенно точно знали, что четыре дня назад, вечером, ближе к девяти, девушки встретились на квартире жертвы. Она, собственно, и настояла на встрече. И даже накрыла стол, выставив бутылку вина и торт. У двери, встретившись, девушки даже обнялись. Уселись за стол и…

И тут началось!

Они принялись выдавать друг другу ту самую страшную тайну, которую их общий любовник слезно просил обеих скрывать.

– А почему? Почему именно тем вечером? Почему точки понадобилось расставить именно тогда? Ни днем раньше. Ни днем позже. – Она дождалась его недоуменно поднятых плеч и удовлетворенно ответила самой себе: – Потому что их любовник тайно сообщил каждой, что уезжает в длительную командировку на Сахалин. На год! И хочет взять…

– Каждой из них он сказал, что именно ее, – продолжил Дима.

– Именно.