Королева отшельников

И он правда его вспомнил. Потому что уважал его за принципиальность. Считал умным, порядочным.

– Такой невысокий, щуплый мужик.

– Ага. Точно. Такой. А теперь взгляни на это.

Николаша сунул руку в задний карман штанов и вытащил оттуда фотографию. Олег удивился качеству снимка. Хорошая печать, качественная съемка.

– Кто это? – спросил он, рассматривая высокого худощавого мужика, чье лицо было изрыто морщинами.

– Это отец моей будущей невестки – Пантелеев Иван Митрофанович. – Николаша беззвучно шевельнул губами и добавил: – Якобы.

– Погоди, погоди… – Олег с недоумением трепал фотографию в руках. – Но это же совершенно другой человек.

– Я о том же, – поджал брат скорбно губы.

– Но это нам о чем говорит?

– И о чем же?

– О том, что это полный тезка того человека, которого мы с тобой знали. Только и всего. – Олег положил фотографию на стол и кончиками пальцев пододвинул ее к краю. – И не надо ничего придумывать и воздух сотрясать.

– Это не тезка, Олег! – непозволительно повысил голос Николаша.

 – Это он! Это не тезка никакой. Мои знакомые уверяют, что и дата рождения совпадает. Разве такое возможно?

– Возможно все, – с некоторой неуверенностью возразил Олег. И снова взглянул на снимок. – Да… Подрасти так за минувшие годы он не мог.

– Не мог.

– И внешность настолько поменять тоже.

– Тоже.

– А что ты там мне рассказал про нашего Пантелеева? Про того, которого мы знали? Он что – давно исчез? Как это?

– Ты себя не помнишь в те дни, когда эта сволочь у тебя завод отжала.

Я это прекрасно понимаю. Шутка ли – лишиться дела своей жизни. Бизнеса, который сам строил!

Олег недовольно поморщился. Завод ему, если к слову, тоже не совсем честно достался. Да, сил и средств было вбухано туда немало, но что уж греха таить, тоже рейдерским путем он его захватил со своей командой. Сначала он, потом у него.

Но он промолчал. Позволил Николаше дальше развивать свою мысль.

– Когда она стала хозяйкой, Пантелеев ее сразу принял в штыки. Профсоюз она разогнала.

Его требования оставляла без внимания. Все жалобы Пантелеева в прокуратуру выкупала. А стачки, которые он организовывал, разгоняла с помощью силовиков. Ты этого не знал. Ты уже занялся другим делом.

Николаша поджал губы будто бы с обидой. Он ведь знал, что Олег в те дни пил безбожно. Он не упрекал, конечно, нет. Не имел права. Он просто относился к этому с пониманием. А вот его никто понять не желает. Он, может, тоже с беды пьет. С большой беды.