Изменница поневоле

 – До вечера.

– Так, значит, рано будешь-то, Маша? – крикнул он ей в спину, уже на лестничную клетку.

– Даже если и поздно, мне придется вас разбудить, – тоже крикнула она в ответ: у соседа иногда садился слух. – Ключи ведь будут у вас.

На работе она отвлеклась. Навалилось столько дел, что о страшном происшествии, случившемся накануне, она вспомнила, лишь когда позвонил он, мужчина ее мечты.

– Привет, – прошептал он, как всегда, в трубку, и у нее, как всегда, по коже запрыгали мурашки. – Как ты там, моя девочка?

– Привет, – таким же шепотом отозвалась Маша.

И неожиданно в горле запершило. Не от счастья, что его слышит. От горечи, что его подвела. Он на нее так надеялся. Он ей доверился. А она подвела! Она поставила жирное пятно на собственной репутации, а заодно и на репутации любимого.

– Эй, ты здесь? – заволновался он, когда она не ответила.

– Да, я на месте.

– Все в порядке? – В голосе его звучала уже настоящая тревога.

– Да-да, просто я параллельно еще работаю, – соврала Маша.

– Ой, извини. Я не подумал, что ты занята. – Кажется, он немного обиделся. – Но рабочий день давно окончен, малыш. Может, поужинаем вместе? Как тебе мое предложение?

Маша поморщилась. Сразу представила их совместный ужин. Не в ресторане, нет, они редко там бывали. Это случалось, только когда они попадали в другой город. Здесь нельзя. Здесь их могли увидеть общие знакомые. Или его родственники. Или родственники его жены. Или ее подруги. Или его друзья. Или, упаси боже, его жена.

Поэтому совместный ужин всегда случался – где? – правильно, на ее кухне.

Продукты она сама тащила на третий этаж. Дальше сама же готовила ужин. К его позднему приезду она должна была все успеть. И еще привести себя в порядок, выглядеть отдохнувшей и быть веселой.

– Боюсь, не получится, – вздохнула Маша.

– Ничего, я тоже занят до полуночи. И жене сказал, что ночевать не приеду.

– Понимаешь, дорогой, у меня там проблема с замком, Сергей Леонидович его меняет, – еще раз приврала Маша. – А ты же знаешь стариков, они до утра провозиться могут.

– Понятно. – Голос его стал жестким и холодным. Значит, обиделся. – Что ж, пусть будет так.

– Не сердись, пожалуйста, – взмолилась Маша.