Игры небожителей

– И как сделать так, чтобы оно не появилось в Сети?

– Я работаю над этим.

Юра набрал полную грудь воздуха, прекрасно зная, что последует за его словами.

– То есть, если я правильно понял, ты не навестил училку? Ты не вычислил девку и ее парня? И записи у тебя нет?

– Нет.

– Зашибись! – процедил Глеб по слогам. – А что ты делал все это время, Юра?

– Работал.

– Хорошо же ты работал, раз нет результатов. Мне было бы плевать, дорогой мой, если бы все это было сфабриковано. Фальшивые номера и все такое.

Но машина… Машина точно была моя!

– Точно ваша, – поддакнул Юра.

И с силой стиснул зубы, чтобы не напомнить, каким образом политические оппоненты раздобыли его машину.

Им даже стараться особо не пришлось. Глеб всегда оставлял свой автомобиль открытым возле любимого ночного клуба. С ключами в замке зажигания! И оставлял он его возле «черного» хода, чтобы не светиться особо. У него же на носу выборы!

Твою мать, что за идиот! До родного отца ему ох как далеко. А уж до тестя и подавно.

С ним одни проблемы. Чего стоила ужасная история четырнадцатилетней давности с пропавшим подростком – другом Глеба. Она впоследствии стоила отцу Глеба политической карьеры, и бог знает, скольких денег, чтобы все замять.

– Они взяли ее, устроили фальшивое похищение и вернули машину на место. Я же на ней домой вернулся!

Глеб уперся кулаками в подоконник, рассеянно оглядел загибающийся сад.

– За что я плачу этому садовнику-уроду деньги? Почему так все страшно за окном?

Юра только закатил глаза и промолчал.

Третий год страшно, а он только заметил?

– Где похищенный парень? Его удалось найти? Как его фамилия?

– Где похищенный, пока не выяснено.

– А кто? Кто он?! Что за одноклассник Сугробова?

– Некто Павел Игумнов, – ответил Юра.

– Пашка?!

Спина Глеба дернулась, будто по ней ударили. Минуту он стоял неподвижно. Потом медленно повернулся. Лицо превратилось в маску.

– Пашка… Пашка Игумнов…

– Вы с ним знакомы?

– И да, и нет, – ответил Глеб неуверенно после продолжительной паузы.

 – Он был парнем с сомнительной репутацией. Мне родители запрещали с такими водить дружбу.

Юре показалось, что последние слова Глеб произнес с издевкой.

– Но вы общались?

– Немного. У Сугробова были с ним какие-то дела. Они были одноклассниками, ты же знаешь.

Юра думал минуту.

– Очень скверно, Глеб Сергеевич, – произнес он, рассматривая четкие линии на своей правой ладони. – Все очень скверно.