На задворках вечности. Часть II. В шаге от бездны

Славная, умненькая мойра.

Валлиэн, похоже, не следил за связностью своей речи, то и дело вставляя разные отступления.

– Вот я так не умею, – почти с интонацией ребенка добавил он.

Ещё немного, и он мог бы обиженно поджать губы.

– Надо же, как талантливо она плетёт свои нити времени. Я так не умею, – продолжал он. – А тебе известно, что мойры находятся на четыре ступени ниже Архонтов по происхождению?

Кали кивнула.

– Ага, – закивал в ответ Архонт, будто его гостья с ним не согласна. – Мойры – это пятая и последняя раса, которая была создана творцами.

– Архонты – исполины и главные кузнецы мироздания, – начал перечислять он, – Элементали – его духовная составляющая, Малахи – связующие звенья мироздания, раса Ха?ос – честно скажу, – доверительно склонился через стол к девушке Валлиэн, – до сих пор не дошло до меня, зачем их создали – только и умеют, что множить несуразицу, а потом долго наводить порядок, хех! И Мойры – неутомимые искусные ткачи пространства-времени, а также чужих судеб и посторонних, не касающихся их дел.

– Так сказать, чистые расы, исходный генетический материал для всего живого в нашем мироздании. И неплохой, я тебя уверяю, материал!..

К чему он акцентировал и сподвигал внимание Кали, девушка не поняла.

– Погостишь у меня? – неожиданно спросил Архонт.

Кали дёрнулась как от удара.

– Да, – сдавленно согласилась она.

– Славно. Значит, мы никуда не спешим…

Импульсивная интонация Архонта, как встряска, действовала на девушку. Её гостеприимный хозяин сплетал вокруг них кокон. Кали вдруг поняла, что в таких энергетических коконах может происходить всё, что угодно, и это не войдёт в прошлое. Случившегося здесь никто и никогда не увидит! Догадка об этом привела её в такой ужас, что ей стало трудно дышать.

– Тише, деточка, – ласково успокаивал её Архонт.

Кокон был готов.

– А вот теперь будем говорить…

Дыхание минувших дней никогда не покидало планету Аккад. Тени пройденных эпох накладывались одна на другую, преломлялись светом и тьмой, прячась в забытых уголках большого синего шара. Но стоило путнику ступить в такие места, как тени отступали назад, являя глазам то, что не успело покрыться пылью времени.