Всё сразу, Симона!

– В следующий раз, – Лариса приподнялась, дрожащими пальцами извлекая из кармана блузки пачку сигарет, – когда тебе приспичит покупать всякие сомнительные глобусы, не забудь потребовать инструкцию по эксплуатации!

Сдавив чудо-глобус обеими руками, Павел закричал в приступе отчаяния:

– Машины, дома, дороги где?! Где цивилизация, чертов ты апельсин?! – И с размаху отшвырнул его подальше.

– И зачем ты это сделал? – Лагутина проследила взглядом траекторию полета глобуса.

– Какой с него прок? Все равно не работает.

– Иди и принеси его! Это наша единственная надежда! Быстрее, пока он куда-нибудь не испарился! Нет, все-таки права была твоя мама, когда тебя Павлушей назвала!

– Лариса, я не хочу ругаться, я слишком устал, чтобы тратить последние силы на скандалы с тобой. Поверь, я уже десять раз успел пожалеть, что дал слабину и разоткровенничался с тобой на Мальвинии. Ты совершенно не тот человек, с которым это следовало бы делать. – Даже не думая двигаться с места, мужчина лег на спину и закрыл глаза.

Выругавшись, Лагутина сунула окурок в песок, поднялась и пошла за глобусом. Он лежал в песке метрах в четырех, шипел и светился дрожащим оранжевым светом.

– Паша! Быстро сюда! Глобус что-то исполняет!

– Что именно? – зевая, он еле поднялся и поплелся к Лагутиной.

– Не знаю! Светится со свистом! Повредился, наверное, от удара…

– Да ладно тебе повредился. Он же в песок упал, а не на асфальт. – Павел присел на корточки, разглядывая шар.

Из центра ударил тонкий луч и быстро закрутился, превращаясь в световой конус.

– Кажись, трындец нам, Паша, наступает, – угрюмо произнесла Лагутина. – Сейчас рванет, и повиснет над этой дурацкой пустыней красивый ядерный гриб.

В этот момент средний луч, видимо, нащупал нечто интересное и остановился, уткнувшись в песок по правую сторону от замерших людей, затем к нему присоединились и остальные лучи, сливаясь в одну широкую красную полосу.

– У-у-у-у! – сказала Лагутина и спряталась за спину Павла Антоновича.

Против всех ожиданий, на поверхность вылезло не насекомоподобное существо, а предмет, напоминающий круглый плоский экран на гибкой ножке. На экране клубился точно такой же дым, как и в глобусе.