Сердце Лета

От одной только мысли, что на этом корабле что-то случилось и он неуправляем, Фароту сделалось жарко и холодно одновременно. Управление «Летателя» рассчитывалось на четверых пилотов, но они справлялись вдвоем с Тротилом. Бежать за напарником времени не оставалось. Фарот прыгнул в центральное кресло пилота и принялся переключать приборы в режим ручного управления, продолжая кричать в шлем-микрофон. Экипаж безымянного корабля оставался глух и нем. Стараясь не поддаваться панике, Фарот включил аварийную систему торможения.

Каким-то чудом не потеряв сознание, парень поднялся на ноги и бросился обратно к пульту управления. Сумасшедший корабль продолжал свое движение, хотя его скорость, как показалось Фароту, немного снизилась. Включив задний ход, он выставил его на максимум и положил оба рычага влево. «Летатель» затрясся всеми своими составляющими и пополз назад.

– Что случилось? – в кабину вбежал Тротил, следом неслись полуодетые Уга с Преалом.

– В нас собираются врезаться, – Фарот указал подбородком на центральный иллюминатор, целиком и полностью заслоненный корабельной громадой. Голова гудела от удара, соображалось с трудом. – На связь не реагируют, опознавательных знаков нет… Проклятье! Почему так медленно движемся?!

– Потому что с аварийного торможения сняться надо, – Тротил сел в соседнее кресло и его пальцы забегали по клавишам.

Фарот поднял и снова положил влево рычаги, и «Летатель» понесло задним ходом.

– Похоже, они неуправляемы, – Фарот держался за рычаги так, будто боялся их отпустить, хотя в этом не было никакой необходимости.

– Вряд ли, – Тротил уперся ладонями в пульт, отчего под смуглой кожей вздулись вены. – Гляди, они тормозят и идут нам наперерез.

– Что за ерунда такая, – пробормотал Фарот. – Кстати, это военный корабль, не гражданский.

– Па-па-пачему военный? – испуганно пролепетал Преал.

– Потому что с внешним вооружением, вон, по всему периметру квадратные выпуклости скрытых орудий. Не знаю, в чем дело, но мне всё это ужасно не нравится.

Вдруг в ушах Фарота зазвучал громкий надтреснутый голос. Это произошло так неожиданно, что он удивился прямо всем телом, напрочь забыв, что на голове у него всё еще болтается шлем-микрофон.

– Немедленно остановитесь! – произнес голос, искажая слова жутким акцентом.