Курортный роман с продолжением

– Не помешаю? – с дежурной вежливостью спросила она, отодвинув синий пластмассовый стул.

– Ради Бога, – равнодушно ответил мужчина, складывая газету. Он лениво повернул небольшую, словно усохшую голову, и окинул ее надменным взглядом. Точеное, покрытое бронзовым загаром лицо, в сочетании с маленькой головой, напоминали мумию фараона. – Простите, вы не в «Ларисе» отдыхаете?

– Да, там, – удивилась Катя. – А в чем дело?

Мумия расплылась в белозубой улыбке. Глаза заискрились голубыми топазами в цвет рубашке.

– Тогда ответьте – почему вы на танцы не ходите? Я каждый вечер там околачиваюсь, жду, когда подойдете, а вы все мимо да мимо. Как это называется? Вы отдыхать приехали или где? Может, музыка не устраивает или контингент не тот?

Екатерина, не ожидавшая от гордой мумии такого каскада и далеко не фараонского лексикона, сдержанно улыбнулась:

– Считайте, угадали. И то не так, и это не эдак.

– Так подошли бы ко мне и сказали. Музыку можно поправить, а вот насчет контингента сложнее.

Последняя тирада заставила ее внимательнее присмотреться к балагурящему парню. Он был бы неотразим со своими точеными чертами, синими глазами и широкими плечами, если бы не странная фривольность произносимых фраз при едва начавшемся знакомстве.

Она доедала мороженое, а он, улыбаясь, следил за движениями ее руки и, казалось, раздумал уходить, надоедливо похлопывая свернутой газетой по ножке стула.

– Благодарю за компанию, всего доброго. – Она поднялась, но сосед приветливо остановил ее:

– Вот как? Сначала десерт, а теперь обедать? Кто же так питается? Поверьте сыну главврача лучшего санатория Сочи, с такой едой – шиворот навыворот – вам грозит заворот кишок.

– Да нет, я еще искупаться хотела, а потом уже обедать, – попыталась оправдаться Катя.

– Тогда ладно еще. – Парень тоже поднялся, лучезарно улыбаясь.

Они направились к чугунной калитке, у которой уже стояла недовольная буфетчица, вертя на пальце связку ключей. Она окинула Екатерину придирчивым взглядом, а парню кивнула по-свойски.

– Пока, Аркаша.

– Кстати, мы не познакомились. Аркадий! – протянул он лопатистую кисть.

– Катя, – вложила она ладонь в широкую пятерню. – Вы, видимо, местный? Сочинец?

– Ага, тутошний я, коренной.