Камера

– Ты прекрасно знаешь, что художник из меня посредственный – дерьмовый, если точнее, – ответил Ким. – Поэтому вместо того, чтобы портить холсты и страдать от собственной бездарности, я лучше буду заниматься тем, что умею хорошо и от чего получаю удовольствие – трахаться.

Пожав плечами, Геворг передал Киму свёрток.

– Денег хватило?

– Ага, – сказал художник.

Ким распотрошил синтетический кокон – рука коснулась холодного металла. В тёмной утробе лежали три тюбика цинковых белил и пара банок цветной гуаши.

– Зачем тебе столько гуаши?

– Для вебкам-шоу. Модель…

– Ох, – Геворг перебил его тяжёлым вздохом – Киму даже показалось, что он уловил печальную нотку, что вырвалась из его лёгких. – Ещё и краски тратишь на всякую ебанину.

– Как и большинство современных художников, – парировал Ким.

– Кстати о бездарностях, – вспомнил Геворг. – Через пару недель мы устраиваем выставку.

– А как же все эти ограничения ковидные?

– Да срать на них, – меланхолично ответил художник. – Если придут менты – вообще супер.

– Почему?

– Ну сам подумай – рисуешь ты какую-то никому не нужную срань. И тут вдруг приходят боевые колдуны – взмахивают чёрной волшебной палочкой, бьют тебя ею по хребтине и бац: ты уже не посредственный рисовака, а прогрессивный творец в авангарде остросоциального искусства, преследуемый системой.

– Не хочется как-то по хребтине…

– Ну а как иначе.

– Не знаю, – после паузы промямлил Ким. – Я всё никак не могу дописать портрет.

На самом деле, Ким не особо боялся полицейских: даже на митингах звенья хищников с мёртвенно-чёрными забралами по какой-то невиданной причине огибали его стороной. Причина сомнений была в другом.

Ремесленник от мира живописи – дизайнер, он всегда чувствовал себя лишним в этой богемной тусовке: среди андерграундных художников, многие из которых закончили престижные Академии, стажировались в Европе, выставлялись в галереях.

Ким не учился академическому рисунку, ни разу не был на «обходах» – вообще смутно понимал, чем занимаются в стенах художественных институтов и никак не мог выучить фамилии неизвестно-модных живописцев.

Варясь в этом бульоне из современных творцов, он чувствовал, что никогда не растворится в нём, так и оставшись инородным предметом, попавшим в котёл случайно.