Зелёная долина. Трилогия

А на следующий день пришли друг за другом два вестника, которые предупреждали о скором приезде в поместье каких-то родственников, причём полными семьями. Прибывали семьи тера Берака и тери Йоркен. У первых была дочь двадцати лет и сын двадцати пяти. У второй – воспитанница 25 лет. Что это за съезд родственников Грег объяснить не мог. Сам терялся в догадках. Но весь замок уже подвергся уборке и чистке. И, да, Мария, как в воду глядела: слуг пришлось набрать дополнительно сразу десять человек для всех служб замка.

Да ещё и нанимать подёнщиков в ближней деревне.

На этом фоне тёрки с Илорией как-то отошли на второй план. Но она сама о себе напомнила. И их разговор заставил Марию серьёзнее отнестись к девице и подумать, что выгоднее: Илория – союзник, или Илория – противник.

Как-то вечером на исходе первой недели пребывания в новом мире Маша сидела в кабинете (постоянное её место) и просматривала отчёт Грега. Они, понятное дело, виделись ежедневно. И между ними даже уже установились приятельские отношения.

Но одно дело – устные разговоры, и совсем другое – письменные отчёты. Мария сосредоточилась и не услышала сразу, как открылась дверь кабинета и вошла Илория.

Они практически не виделись с того памятного первого завтрака. Илория перестала спускаться в столовую, но на территории замка и в ближней деревне Маша частенько замечала её мелькающий силуэт.

– Добрый вечер, тера Мария, – с вызовом произнесла девица. – Вот зашла узнать, как изменились планы на моё будущее.

– Добрый, – ответила Мария.

 – Садись, обсудим эти планы, – вдруг перешла она на «ты».

Девица прошла к столу и не стесняясь заняла место напротив Маши. Помолчали.

– А ведь до тебя здесь сидела я, – её «ты» тоже прозвучало вполне естественно. – И отдавала распоряжения. И их выполняли.

– Сожалею, – Мария скрестила руки на груди, – но шеф назначил представителем меня. Однако, не волнуйся. Всего на несколько месяцев. Приедет новый хозяин и будешь договариваться с ним.

– А я хочу быть уверенной в своём будущем сейчас.

И раз ты говоришь от имени опекуна, то твои слова – закон. Так?

– Так.

– Тогда, слушай. Я не родная племянница тера Ивариона. Но он принял меня, как воспитанницу. Правда никаких документов не было. Была магическая клятва, но она перестала действовать с его смертью. И я осталась ни с чем. А ведь я уже привыкла к этой жизни, этому замку, этим людям. Да и они считали меня своей хозяйкой. Десять лет у них на глазах – это немало.