Выпускница академии

Тому ничего не оставалось, как сделать приглашающий жест и сопроводить нас к подиуму, на котором в роскошных креслах разместилась княжеская семья.

– Князь, княгиня, разрешите представить – новый преподаватель нашей академии – леди София Ормонд, – представил меня лорд ректор, не переставая коситься на мою руку.

– Я знал вашего деда, леди София, – кивнул мне в приветствии князь. – Он был моим другом. Жаль, что ушёл так рано. Но, надеюсь, вы с честью продолжите славный род Ормондов.

– Светлого вечера, дорогая, – ласково произнесла княгиня.

Вот как. Чем-то я княгине не угодила. Я поклонилась правящей чете с соблюдением всех норм этикета и, опираясь на руку Дерека, отошла от подиума. Надо передохнуть. Слишком много информации за один вечер. Лорд ректор проводил нас взглядом, но остался на месте. Странно, но и сейчас рядом с ним не было Милисенты. Я, вообще, не видела её этим вечером. И ещё меня беспокоило его непривычное поведение при представлении меня княжеской чете.

Терринак Дойл.

– Отец, я хотел бы поговорить с тобой.

– Слушаю тебя, сын.

– Ты не заметил сейчас ничего необычного у леди Ормонд?

– Нет, – через небольшую паузу ответил отец.

– А я заметил! И не понимаю, как не замечал этого раньше. Ведь она уже почти месяц находится в Мореве. На её руке наш родовой перстень, отец! Ничего не хочешь объяснить?

С ужасом я подумал сейчас, а вдруг София наша родственница или, не дай богиня, внебрачная дочь отца! Поэтому с тревогой всматривался в лицо князя, но оно выражало лишь крайнюю степень недоумения.

– Наш родовой перстень? Как он мог у неё оказаться? Это артефакт, и он не дастся в руки незаконному владельцу, – непонимающе взглянул на меня отец.

Наступила пауза. Я молчал, не зная, как реагировать на слова отца. Отец молчал, видимо, пытаясь осознать этот факт. Но вдруг тихо охнул и растерянно посмотрел на меня.

– София – внучка Седрика?!

– Ну, да.

– Да-да… Понимаешь, Терри, этот перстень находится у неё на законном основании, и она твоя возможная невеста.

– Что-о-о???

– Я вспомнил! Около тридцати лет назад я заключал помолвку от твоего имени. У моего старого друга появилась внучка. Но у неё не было отца. Зная наше общество, друг справедливо предполагал, что у неё не будет достойного выбора женихов, ведь бастарды обществом презираются.