Аппалинария и крылья

Родная, я виноват, я повел себя, как последний дурак … Сначала надо было решить проблему…

Полина, почти не слушая его, жадно всматривалась в любимые черты. Вадим очень изменился, похудел, осунулся, и она, проводя пальцами по его лицу, думала:

«Все будет хорошо. Мы тоже все преодолеем и заслужим вечность».

Он приходил теперь часто, подолгу сидел около нее, рассказывал всякие смешные истории про детей, показывал фотографии и малюсенькие видео. Дети на них почти всегда были вместе с Гретой.

– Ты ее няней нанял? – озабочено спросила Полина.

– Сорок с небольшим, – рассеяно ответил Вадим.

– Правда? А выглядит значительно старше. Она хорошая. Я рада, что она няня у детей.

Полине захотелось спросить Вадима о его жене, но она вдруг почувствовала неожиданную усталость. Он тоже заметил, наклонился, поцеловал ее.

– Отдыхай, родная. Я загляну позже.

Полина слегка улыбнулась и закрыла глаза.

Из болезни она выходила медленно и трудно. Ее мысли все время скатывались к пугающей теме. Тяжелые размышления теснились в голове, постепенно оседая ревностью и подозрительностью в сердце. Она не хотела ни в чем винить Вадима, но неясность и недосказанность ситуации продолжали изводить ее. У нее не было ощущения, что Вадим разрывается на две семьи, но непонимание, почему он не хочет или не может завершить давно закончившиеся отношения, приводило ее в отчаяние.

Но как-то утром, сидя в постели и подставляя лицо пронзительным лучам заглянувшего в окно солнца, Полина неожиданно почувствовала почти осязаемую ясность в своем сердце. И в этот же миг в озаренном солнечным светом воздухе возникли разноцветные веселые блики. Они сияли, искрились, мягко покачиваясь и передвигаясь в пространстве, и вдруг проявились буквами, выстроившимися в одну длинную линию, почти полностью охватив периметр комнаты. И Полина прочитала сокровенные слова: « Он очень любит тебя.

Словно гигантская глыба упала с ее души и растворилась без следа. Полина засмеялась, вытирая нечаянно хлынувшие слезы и прошептала:

– Люблю тебя.

Легкость и счастье не оставляли ее, продолжая заполнять сердце и мир вокруг. Силы очень медленно возвращались к ней. Полине уже хотелось беззаботно бегать по дому, возиться с детьми, но она была еще слаба, и тело не слушалось ее.