Аппалинария и крылья

– У нас с собой, вроде, ничего и не было, – неуверенно сказал Никита. – А вашу сумку и мешок с курткой я захватил. Как будто – все.

– Да, да, все. Пойдем, а то Миша едва на ногах стоит, – спохватилась Анжела Львовна, и они пошли дальше.

Никита поддерживал приятеля под руку, с другой стороны щупленькая Анжела Львовна подставляла свое хрупкое плечико, чтобы подстраховать от падения пострадавшего ребенка. Они шли не спеша, аккуратно глядя себе под ноги, изредка о чем-то переговариваясь. И, уходя все дальше в густоту деревьев от холода темной воды, больше ни разу не оглянулись.

Полина, сделав пару шагов, вышла из-за шероховатого ствола большой старой березы. Она неотрывно смотрела вслед уходящей нескладной компании.

– Ну, предположим, – задумчиво произнесла она. – И что теперь? Что с ними будет дальше?

– Не знаю. Родители, наверное, отругают. Анжеле Львовне, скорей всего, будут признательны. Может быть, завяжется знакомство. Она дама позитивная, интеллигентная, интересная в общении, – ответил Полине тихий рассудительный голос.

– Я не об этом. Они сегодня едва не убили живое существо. Убивали… резвясь, лихо, с азартом… боролись за премиальный фонд. Что будет завтра? Жестокость в их сердцах… Она осталась?

Полина с трудом подбирала слова, и губы ее подрагивали, кривясь в мучительной ухмылке.

– Они не будут помнить весь сегодняшний день, но и бесследно он для них не пройдет. Они уже никогда не станут прежними. В любом случае, этот жесткий эпизод закончен, и его участники больше не обозначатся в твоей жизни, – витиевато отозвалась Аппа.

Полина провела по лицу озябшими ладонями, словно умываясь, и торопливо согласилась, успокаивая себя.

– Ну да, подростки, они такие жестокие бывают. Этот сложный возраст, когда сам себе не хозяин. Гормоны, половое созревание… Пубертатный период, одним словом, – рассуждала она вслух.

И вдруг резко повернулась в сторону Крупного Мэна.

– А что с ним делать? – спросила она.

Парень лежал на мокрой траве, вытянувшись во весь рост, и не шевелился.

Полина подошла ближе и наклонилась к нему. Глаза его были открыты, по лицу катились слезы.

– Вставай, вставай! Что с тобой? – она потянула парня за руку, стараясь помочь ему подняться.

– А ведь не было никакого миллиона. Развод, полная лажа. Как я, дурак, повелся? Что это со мной было?!

Крупный Мэн сильным движением рванулся и быстро встал на ноги.

–Ты еще кто такая? – зло спросил он.