Отбор 2. Двое на новых рубежах

Они всё чаще замечали в степи разъезды нукеров.

Узнав от дворецкого, что мужа не будет до вечера, Марсела направилась к отцу. Тот вместе с герцогом Эметом проверял на тренировочном полигоне готовность охраны к предстоящей поездке. Там же Марсела встретила и Катарину. Здесь у женщины не было хозяйственных забот, и она почти всё время проводила либо с Игнацием, либо с детьми, когда они не были на занятиях.

– Отец, Стефан, хорошо, что вы здесь! Есть новости!

– Хорошие? – повернулся к ней Игнаций.

– Тревожные, – серьёзно ответила Марси.

– Спасибо Малике, – со значением произнёс король. – она подтвердила данные наших разведчиков. Придётся усилить вашу защиту. Марсела, без мужа никуда ни ногой!

– Поняла, отец. Есть ещё одно: Акчай собирается выкрасть Джемму.

Марси метнула взгляд в сторону Эмета, но по его виду было непонятно, как он отреагировал на это известие.

– Что ж, предупреждён – значит вооружён, – хмыкнул король.

Марси поняла, что мужчины хотят обговорить новости наедине, и теперь поспешила к подруге. Джемма, по обыкновению, пропадала в библиотеке. Катарина, видя, что Игнаций занят, извинившись, направилась к младшим принцам.

Джемма действительно оказалась в библиотеке. Она нашла старый трактат о способах вплетения защитной магии в рисунки на одежде и каждый день что-то новое записывала в свою личную книгу заклятий.

– Джемма, пойдём в сад, надо поговорить, – запыхавшись от быстрого шага, позвала Марсела.

Они успели дойти до беседки и расположиться для разговора, как вдруг их окружила звенящая тишина. Обе девушки были неслабыми магами. Но в первый момент не поняли, что испытывают сильнейшее магическое воздействие.

Через пару мгновений обе лежали на лавках без сознания. Рядом с ними появилась высокая фигура в длинном балахоне.

– Долго же вас пришлось ждать, дорогуши. Я уж было подумал, что моя информация не заинтересовала тебя, принцесса.

На лбу Марселы неизвестный прочертил какие-то знаки и оставил на месте, а Джемму небрежно взвалил на плечо и буквально растворился в воздухе.

Марсела приходила в себя медленно и тяжело. Сознание было неповоротливым и каким-то отрывочным. Но, наконец, она начала узнавать окружающую действительность.