Мятежник Хомофара

Да вы и сами, кажется, собираетесь отсюда…

Она долго молчала, и Расин подумал, что девушка больше не станет говорить, но вдруг она произенесла:

– Ощущаю я скорую пустоту на этом месте… Не иначе как из-за кантаратских, да? Видно, и вам они немало досаждают… А ещё хотела сказать, что кто-то к нам придет скоро. Да, с поверхности… Тот, кого я раньше не знала. Вот сейчас особенно сильно чувствую, хоть и представить не могу, каков он из себя. Ну, пожалуй, хомун, идущий… мужского пола… Вы не говорите…

Вадим осторожно присел на край стула.

– Она не похожа на аутистку? – шепотом сказал Расин, когда медсестра вернулась. – Разве аутисты говорят во сне?

Медсестра недоверчиво подняла бровь. Приблизилась к пациентке; передав доктору шпатель с анатомическим пинцетом, грубо встряхнула девушку за плечо. Та не издала ни звука.

– Аккуратней! – Расин сурово зыркнул на медсестру, но та, не обратив внимания, сказала:

– Спит, как сурок.

Вадим внимательно исследовал участок некроза.

– Пока обработайте по краям спиртом. Наложите стерильную повязку, – сдержанно сказал он.

Взяв историю, Вадим пошел на пост делать запись. В ординаторскую или к заведующему идти не хотелось, однако надо было сообщить о своем наблюдении заведующему. Тут же пришла мысль, что проще будет потом перезвонить по телефону.

Сделав запись в истории пациентки, он покинул отделение.

В коридоре хирургического отделения его встретила та самая заплаканная женщина в лиловом парике.

– Идемте.

Он зашагал в свой кабинет. Женщина засеменила рядом.

– Ради бога, Вадим Борисович, простите!.. – торопливо заговорила она. – Я на Сырце редко бываю… Еле отыскала больницу… Понимаю… Не должна была говорить при других, что вы ам… Что вы освобождаете от тяготы…

Вадим достал ключи.

– Кто вам меня рекомендовал?

– Но… Я же… – женщина понизила голос. – Я не могу называть имен…

Расин открыл замок и толкнул дверь.

– Как хотите, – буркнул он.

– Хорошо-хорошо, доктор, – испуганно сказала женщина. – Но… ничего, если только одно имя? – Она напряглась и мучительно выдавила: – Пи-ли-кин.

– Что?! Этот… это он назвал меня ампутатором?

Женщина вдруг заискивающе улыбнулась, она осторожно и чуть кокетливо тронула локоть Вадима.

– Он назвал вас самым лучшим ампутатором, доктор.

Медицинская карта не содержала ничего, что могло бы представлять интерес для хирурга.