Мятежник Хомофара

 – По-вашему, две великие васты будут бездействовать, в то время как одна слабенькая организация с громозвучным именем Кантарат, находясь в тылу врага, попытается спасти вселенную?

Вот они, парадоксы иной логики, подумал Криброк.

– Так чего же вы хотите? – спросил он с подчеркнутым спокойствием. – Собираетесь сделать работу нашими руками или займетесь сами?

Проговорив это, Криброк тотчас увидел, как в будущем Хи сужается мир.

Это сильно походило на взрыв пустотного пузыря.

Движение вне времени! – приказал кашатер.

Действуя по правилам, Криброк тут же покинул оболочку мысленного двойника, прошел мимо сущностей и слился со стенкой пузыря.

Значит, в совете стихий есть изменник, подумал он.

Лиуо внимательно посмотрела на Криброка, точнее, на его двойника.

– Как вас зовут, юноша? – спросил Хи, удивленный дерзостью полукровки.

– Кашатер Криброк! – бойко отрапортавал двойник.

– Обращаюсь к вам, уважаемый Криброк. Растолкуйте обстоятельство, как представитель сознания.

– Я работаю на Кантарат, – сказал кашатер. – Наш кодекс не повторяет законы, которые создали персоназы. Я не являюсь представителем сознания. Я живу также во времени и пространстве.

– Но вы – хомун! – взвизгнула Лиуо. – Такой же, как и все другие материальные порождения сознания. Да, вы – производное всех трех васт, но прежде всего, каждый из вас – тень одной персоназы.

– Что ж из того? – проговорил кашатер, скользя по стенке пустотного пузыря. – Разве это лишает меня права выбора?

– Тем не менее, скажите, что вам известно о деятельности Захватчика.

– Все, что мне известно – не более чем слухи, – возразил Криброк. – Мы не занимались Захватчиком.

– Неужели! – воскликнуло пятно по имени Заро. – Вероятно, ваш Кантарат сейчас занят более важными делами, чем спасение вселенной? Хороши, нечего сказать!

– Мировое зло! – вспылил Криброк. – Не вам судить.

Будь бы здесь Махалус, он бы разнес их в пух и прах!

– И все же, – проговорил Хи.

– Мне ничего не известно о деятельности Захватчика.

– Сущности сознания умеют обманывать.

– Могу присягнуть перед советом стихий. Но… кстати, вы тоже хороши. Разве не временные навязали нам два и семь на десять в девятой секунд или, как мы их называем, восьмидесятипятилетние проекции, ограничивающие срок нашей жизни? Где об этом говорилось в Соглашении или других законах? Привести ещё примеры?..