Прости, я тебя проиграл

И уверенность, та, что бывает лишь у привыкших приказывать людей.

– Ты не сказал, что твоя жена – Елена Карцева, – протянул Макс, рассматривая меня с откровенной насмешкой.

– Это проблема? – тут же откликнулся Вадим.

– Нет, отчего же. – Макс склонил голову набок, ожидая моей реакции на его появление, но язык прилип к нёбу, я вообще не могла выдавить ни звука. Некстати вспомнилось его робкое признание в любви и мой обидный отказ. – Ну привет, Лена.

– Привет, – всё-таки заговорила я и попыталась вернуть сбежавшую улыбку на место.

– Как видишь. – Он развёл руками, демонстрируя плоский живот и рельефную грудь. – Мог бы сказать, что ради тебя, но ты же не поверишь.

– Ну почему же, – я нервно рассмеялась, подходя к мужу и присаживаясь на подлокотник его кресла. – Ты всегда был романтиком.

Смех Макса, раскатистый, низкий, не вызывал желания смеяться в ответ – слишком много в нём было недосказанности и издевки. Знать бы ещё почему.

– Ты ей ещё не рассказал, Вадим? Хочешь, чтобы это сделал я?

– О чём рассказал? – вырвалось у меня, прежде чем успела прикусить язык.

– Дело в том, Лена, что твой муж проиграл мне крупную сумму. Достаточно крупную, чтобы иметь возможность быстро расплатиться.

– При чём тут я? – спросила на удивление ровным голосом, хотя сердце моментально сбилось с ритма.

– Была бы ни при чём, не предложи он поставить тебя на кон, – почти весело ответил Макс, хотя взгляд остался холодным.

– Что? – я резко обернулась и посмотрела на потерянного Вадима, чей вид моментально подтвердил слова Макса.

– Прости, – потерянно пошептал он, пряча глаза. – Прости, Лена, я тебя проиграл.

– Очень смешно, – саркастично бросила я, поднимаясь. – У нас не восемнадцатый век, крепостное право давно отменили.

– Надо же, ты ещё помнишь историю? – протянул Макс, облокачиваясь о кресло и кладя подбородок на подставленную ладонь.

Я злобно сверкнула глазами в его сторону, не собираясь отвечать. Возможно, праздная жизнь и нанесла свой отпечаток на мою внешность, но мозгов не коснулась, хоть я и пользуюсь ими прискорбно редко.

– Я не вещь, которую можно проиграть. Разбирайтесь сами, меня чужие долги не волнуют.

– А как же в горе и радости, в богатстве и бедности? – вкрадчиво произнёс Макс, прожигая взглядом. – Или: карточный долг священен? Не слышала?

– Вы оба несёте бред.