Простить неверную

Пока собирался и возвращался в квартиру, что с такой любовью вдвоём обставляли. Пока не наткнулся на тишину и пустые полки в шкафах: Диана ушла. Не захотела ничего объяснять, просто испарилась, как не было. Настины вещи все были на месте, через час тёща, Наталья Николаевна, позвонила, спросила, когда приеду дочку забирать.

– А Диана вам ничего не сказала? – осторожно уточнил, надеясь, что к маме уехала.

– Сказала, – удивилась тёща. – Что у неё выгодный контракт появился, уехала в Испанию на месяц.

– Точно, – повторил тупо.

Что ж, через месяц вернётся, поговорим. Нам обоим необходимо время, чтобы решить, как дальше быть.

От Глеба пропущенных на телефоне около двадцати штук за несколько часов набралось. Он не сдавался, звонил каждый день, а через неделю к офису пришёл, поймал в дверях, когда я на улицу вышел.

– Вить, дай мне всё объяснить!

Пришлось остановиться: рабочий день закончился, сотрудники уходили, слухи поползут лишние. По-хорошему нам правда поговорить надо было, только я смотреть на Глеба не мог.

– Диана не виновата, – сказал он. А меня смех распирать начал: благородный защитник! Пусть ещё скажет, что силой взять пытался, прямо здесь в морду заряжу, и плевать на то, что люди подумают. Сдержался, а внутри всё кипело и плавилось, ещё немного, и жаром дышать бы начал.

– Не веришь? Бля, реально звучит смешно. – Глеб взъерошил короткие волосы, растерянно оглядываясь. – Слушай, пойдём посидим, а? Поговорим нормально.

Вот после этих слов желание вмазать испарилось, как не было. И злость стихла, будто водой ледяной окатили. Человек, с первого класса близким бывший, вдруг чужим стал, как по щелчку.

– Нам не о чем разговаривать, – произнёс я, плечом задевая и направляясь на стоянку. Глеб меня слишком хорошо знал, что б его. Не побежал следом, не просил, так и остался стоять посреди улицы. Уже в машине я выдохнул, опустил голову на руль и сидел так, пока дрожь не отпустила.

Пришлось няню нанять – работу никто не отменял. На вопросы Настины отвечал, что мама по делам уехала, скоро вернётся. Не вернулась. Ни через месяц, ни через три, ни через полгода. Всем вокруг уже давно стало ясно: жена меня бросила. Догадки на фирме строились разные, от «я тиран, хорошо, что вовремя свалила» до «бедный, бросила, стерва!».