Найленир. Эльфийская баллада

Небо с водой поменялись как будто местами,

И опрокинулось солнце, и стало луною,

И отразила вода необъятную вечность

Дальних светил, неизвестных миров потаённых.

«Найле, волшебное озеро, здесь твой царевич,

Прибыл сегодня к тебе я с почётною гостьей,

Дочерью смелого друга, царя Таруила,

Ради меня покажи, что позволено, деве».

И обратился к Альне: «Подойти надо ближе,

Только с тобой поведёт сейчас Найле беседу,

То, что захочет само – только то и покажет,

Может, судьбу, а, возможно, лишь дальние страны…»

Дева по шаткому мостику ближе подходит,

В тёмные воды глядит.

Вновь непроглядна вода, как поверхность у камня,

Нет отражения вовсе. «Наверно, не хочет

Найле со мной говорить, – тут Альне прошептала, —

Даже лица моего показать не желает…

Может, судьбы у меня никакой и не будет?

Может, я сгинула прежде ещё, чем узнала?»

«Так отродясь не бывало», – Леир, изумлённый,

К ней подошёл, опечаленный, встал с нею рядом.

Тотчас вода замерцала, и брызнул нежданный

Свет из неё, отразившей Альне и Леира.

Но отражались иначе они: близко-близко

Будто стояли, и оба в лазурных одеждах,

За руки взявшись, склонялись друг к другу главами,

Низко над ними – венцы, словно обручи… Нижний —

– Красный, сплетён из колючих шиповника веток —

Обе главы покрывает один, как короной.

Выше, над ним – ослепительно яркий и белый,

Соткан из лилий, чистейших и пахнущих дивно.

Эльф отшатнулся – он в ужасе: что происходит?

«Это ошибка! Наверное, Найле ошиблось…

Мы не должны были вместе смотреть в его воды,

Вот и решило оно, что привёл я невесту…

Но не слыхал никогда, чтоб венцы… чтобы оба…»

Эльф и Альне повернулись друг к другу в испуге:

Дева дрожит, а Леир, пребывая в смятеньи,

Слова не может сказать, отвернуться не в силах.

«Что тут стоять? – голос стал отчуждённо-усталым, —

Ждут нас домой», – и Альне повернула обратно.

…Кони летят, скачет эльф, напролом, без дороги —

Ветер не смог бы догнать, но Альне не отстала.

Ловко сидит на коне, управляет небрежно,

И на лице у неё – ни волненья, ни гнева.

Только решимость одна, только горькая твёрдость.

Эльфа она догнала и коня развернула,

И, скакуна удержав, преградила дорогу:

«Друг мой, Леир, от чего ты бежишь? Не пугайся.

Мелиэль ждёт тебя. Озеро просто ошиблось.