Найленир. Эльфийская баллада

Там, где впервые откликнулся голос желанный,

Там, где сидели они – она долго стояла,

Слёзы катились невольные, но не стыдилась

Дева цветов, равнодушного неба, деревьев…

Имя невольно она прошептала тихонько,

Но подхватило его отголосками эхо;

Вдруг ей почудился взгляд, или просто дыханье.

Резко Альне обернулась – мелькнул кто-то в чаще.

Луч ли проник сквозь сплетённые низкие ветви,

Или крылом где-то птица махнула, взлетая?

Только вдруг стало Альне и светло, и тревожно.

И возвращалась она, этот взгляд ощущая.

Медленно ехала… Краски волшебного леса

Блекли теперь, и отрадно ей было, и горько,

Помнить и знать, что сюда никогда не вернётся.

Завтра с утра уезжали почётные гости,

Вечером пир королевский их ждал на прощанье.

Больше Альне не увидеть цветов вековечных,

Синих шатров, не услышать и голос Леира.

Три уж недели прошло – а царевич ни разу

Не показался, хотя на войну не уехал…

Будет ли он на прощальном пиру? Если будет,

Сможет она посмотреть на него – попрощаться,

Чтоб никогда на земле его больше не встретить.

Но не одна возвращалась Альне в этот вечер.

Ею незримый, домой возвратился царевич,

И по глазам его мать о беде прочитала.

«Сын мой, откройся, отдай, расскажи о несчастье,

То, что поведано – легче сокрытого. Вижу

Больше со смертными ты не желаешь встречаться…

Боль причинила тебе молодая царевна?

Если б ещё восхищался прекрасной Эльке ты…

Нет же – ты сходишь с ума от царевны-девчонки.

Впрочем, не важно – одна ли, другая девица!

Разве позволено раниться вечным о смертных?

Можно цветком любоваться, пока он не сорван.

Срезан букет, что за дело живым до увядших?

Наши деревья листов не теряют напрасно,

И не печалится ствол о листке улетевшем».

«Я не смогу объяснить тебе это… Всё ново!

Ранен смертельно, лечиться от ран не желаю.

Разве же рана того, кто нанёс – выбирает?

Разве решает, болеть или враз затянуться?

Знал ли я что-то о боли, пока не болело?

Мелиэль с детства со мною – отрада и утро,

Думал наречь её в будущем вечной женой я,

Но не пробыть даже день с нею нынче, не вечность…

Милы мне речи её, и светла она взору,

Но не терзалась ни разу душа у Леира,

Нет, я не знал о любви, но не знал, что не знаю…

Как же я жил – и теперь как мне жить и что делать?»

«Разве в страданьях любовь? Это доля людская.

Эльфов любовь – вековечная тихая радость».