Сделка. Любить актёра

Сам найду, если кто нужен, – ответил он высокомерно.

Разговаривая, они шли по пустым, ярко освещенным улицам и добрели до набережной Москва-реки. Остановились у парапета.

– Сто лет не гулял вот так, как молодой.

– Можно подумать, ты старый!

– Через два года будет тридцать.

– Просто ужас, – усмехнулась она.

– А тебе сколько? Ну, знаю, знаю, девушек об этом не спрашивают. Но до тридцати еще можно.

– Значит, уже нельзя. Позавчера тридцать три исполнилось.

– Да ладно! – он посмотрел на нее с искренним изумлением.

– Вот тебе и ладно, – вздохнула она. – Так что ты для меня совсем мальчик.

– Ну-ну… мальчик. Забавно. День рождения, говоришь? Нужен подарок! Что бы ты хотела?

– Подарки дарят только близкие. От тебя ничего не требуется.

– Значит, я тебе никто?

В голосе его прозвучала настоящая обида, так что Ира даже посмотрела на него с удивлением. Он помрачнел, потом повторил упрямо:

– Подарок с меня, ясно?

– Да эта прогулка уже подарок! Лучший за долгое время, так что успокойся.

Ира в который раз заметила, что в некоторые моменты вечера столь живо протекающая беседа перестает клеиться, и ее спутник становится задумчивым и угрюмым.

Она решилась спросить:

– У тебя проблемы?

– Нет, с чего ты взяла, – очнулся Александр. – Просто решаю для себя одну задачку.

– У тебя глаза красные. До сих пор болят?

– Лучше немного.

– Это от грима?

– Вряд ли. Грим сейчас качественный.

– Наверное, аллергия. Есть капли хорошие.

– Вылечишь? – произнес Брюсов игриво, но во взгляде его была непонятная тоска.

Ира подумала, что не стоит больше утомлять его своим обществом. Во всем хороша мера… Им будет приятнее вспоминать этот вечер, если расстаться на нужной ноте.

– Мне пора домой, – заявила она.

Некоторое время Александр не отвечал, потом кивнул. Тем же маршрутом они вернулись к машине.

– Здесь недалеко Третьяковская, так что… – проговорила Ирина.

– Собираешься удрать от меня на метро? За кого ты меня принимаешь? Если я приглашаю девушку, то доставляю ее до дома.

– Повезешь в Чертаново? – ухмыльнулась она.

– Хоть в Новокосино.

Ира решила согласиться – в конце концов, метро закроется через десять минут, да и страшно ехать ночью одной. На обратном пути больше молчали, она старалась часто к нему не поворачиваться. Зато его редкие отрывистые фразы стали более сердечными.

– Устала, наверное? Утром во сколько встаешь?

– Около семи. А ты?

– Когда как. Смотря, какое расписание.